Читаем Герметикон полностью

Бельгердейн — именно так представился якобы каатианец — назначил местом встречи укромную лесную поляну в трёх лигах от Шпеева. Тщательно оговорил время, состав участников и терпеливо ждал сбора, опершись на нечто, укутанное плотным брезентом. На охранников — а каждый из торговцев прибыл в сопровождении трёх боевиков — взирал равнодушно, словно двенадцать вооружённых до зубов громил ничего в его расчётах не меняли, и речь начал ровно, не сбиваясь, всем видом давая понять, что спокоен, как наевшийся удав. И столь же хладнокровен.

— До вас, добрые синьоры, наверняка доходили слухи об удивительном "Гаттасе", шестиствольном пулемёте, изобретённом Павлом Гатовым для кардонийской армии. Это мощнейшее оружие использует стандартный боеприпас "шурхакена" и прекрасно зарекомендовало себя как в воздушных, так и в наземных боях.

— Мы слышали, — коротко кивнул Уру. Упоминание "Гаттаса", производство которого пока не было налажено за пределами Кардонии, против воли заинтриговало Клячика, заставив позабыть о подозрениях. — Ты его привёз?

— Или можешь достать?

— Кардонийцы делают его только для себя! У них война идет!

— Поэтому я предлагаю не "Гаттас", а…

— Решил нас кинуть? — ощерился Рахи Лежан.

Двое боевиков неуверенно двинулась к белобрысому, но Уру, оценивший спокойствие Бельгердейна, жестом велел им остановиться. Коротким, решительным жестом, и боевики, несмотря на то что сопровождали Рахи Лежана, остановились: ни одна шпеевская шавка не смела противоречить Уру.

— У тебя есть что показать? — тихо осведомился Клячик, тяжело глядя на изобретателя.

— Разумеется, — с прежним хладнокровием отозвался тот. — Затем и пришёл.

Каатианец был одет по принятой среди учёных и механиков моде: поверх белой когда-то сорочки, рукава которой, по случаю тёплой погоды, были подвёрнуты до локтя, он носил кожаный жилет с накладными карманами, откуда торчали карандаши, блокноты, линейки и даже ручки какого-то мелкого инструмента. Из некоторых карманов не торчало ничего, однако сами они раздувались от чего-то мелкого и сыпучего, то есть тоже не оставались без дела. Штаны белобрысого стилистически продолжали жилет: те же карманы, петельки и застёжки для подсумков. Затем следовали перчатки с обрезанными пальцами, цепарские башмаки и круглая шляпа с загнутыми полями. Левую руку изобретателя украшали защищённые часы в массивной походной сбруе, левое ухо — золотое кольцо, а в правом поблескивал бриллиантовый "гвоздик".

Ничего странного. Ничего необычного. Ничего опасного. И настораживали Клячика лишь неподдельное спокойствие Бельгердейна и быстрая смена "масок" в начале разговора. Настораживали, но не пугали. В конце концов, мошенников за свою жизнь Уру повидал достаточно, и смерть ещё одного "хитреца" не станет ни первой, ни последней.

— Показывай, что у тебя есть, — распорядился Клячик.

Однако на каатианца магия его авторитета не действовала.

— Сначала я должен увидеть деньги, добрые синьоры, — широко улыбнулся белобрысый. — Позвольте напомнить, что у нас коммерческая встреча, а не благотворительная лекция в познавательных целях.

— Ты ничего не показал.

— Я один, я полностью в вашей власти, добрые синьоры. — Изобретатель растопырил пальцы, пытаясь как можно полнее представить чистоту помыслов, и выдал умильную улыбку деревенского пьяницы. — Так дайте мне сил продолжить выступление. Покажите золото.

Торговцы переглянулись, затем их взгляды устремились на самого авторитетного — на Уру, а тот, помедлив, кивнул.

Они ничего не теряли от демонстрации.

Собирая встречу, Бельгердейн особо подчеркнул, что его интересует аукцион: он предлагает нечто уникальное, торговцы соревнуются в выкладывании цехинов, победитель получает всё. Стартовый взнос определили в сотню монет, и теперь помощники торговцев выставили на походный столик шкатулки с золотом.

— Какое приятное зрелище, чтоб меня пинком через колено, — прокомментировал происходящее изобретатель. — Говорят, на золото можно смотреть бесконечно. Я, конечно, не пробовал, но…

— У нас нет лишнего времени, — грубовато оборвал каатианца Уру. — Ты увидел деньги, теперь продолжай.

— С удовольствием. — Тот легко прикоснулся к шляпе. — Так вот, добрые синьоры, "Гаттас" достаточно сложное в производстве оружие, и потому вы обречены покупать его в других мирах. Однако к нашей общей удаче, мне повезло побывать на Кардонийской военной выставке, а там — покопаться в устройстве этой удивительной машины, в результате чего я разработал упрощённый четырехствольный пулемёт, который можно производить даже здесь, на Менсале.

Клячик изогнул бровь, что означало крайнюю степень удивления. Лежан отпустил негромкое ругательство. Двое оставшихся торговцев переглянулись, мысленно подсчитывая возможные барыши. А довольный собой Бельгердейн откинул часть брезента:

— Встречайте, добрые синьоры: "Бельгер-4"!