Читаем Герметикон полностью

Герметикон

— Согласен. — На мгновение на лице Арбедалочика появилось характерное выражение человека, готовящегося отпустить грязное ругательство, но галанит сдержался. Повторил: — Согласен. — И уточнил: — Очень плохо.

И тоненькое "Вям!" прозвучало от Эбни с необычайной печалью. Саптер угадал, что хозяин грустит, и жалобным тявканьем поддержал настроение.

Всё плохо.

— Они сделали нас, — вздохнул Абедалоф, почёсывая собачку за ухом.

— Нет! — почти выкрикнул Селтих. Тут же опомнился: вокруг офицеры, телохранители, терять лицо нельзя, и продолжил гораздо спокойнее: — Они нас не делали, господин директор, сражения не было.

— Хотел бы схлестнуться с Нестором? — удивился Арбедалочик.

— Мечтаю.

В ответе генерала не нашлось места юношеской дерзости или глупой похвальбе, он действительно хотел встретиться на поле брани с признанным гением военного дела, а главное, был достоин этой чести. Ере почувствовал вкус побед, осознал, на что способен, и мечтал о главном экзамене на звание великого.

— Пока не время, — очень серьёзно произнёс Абедалоф. — Терпи.

— Вям!

— Это всё, что вы можете сказать?

— Они нас сделали. — Сегодня у галанита был день повторов. — Смирись.

— Не хочу.

— Придётся.

Директор и командующий стояли на мостике "Заскармазама", огромного доминатора Компании, находящегося в личном распоряжении Арбедалочика, а потому считавшегося флагманом переданного приотцам флота. Большого флота. До сегодняшней ночи — самого большого на Кардонии. Могучие доминаторы и быстрые импакто, ланданги, берущие на платформы по пятьсот десантников, и тяжёлые бомбардировщики, но самое главное — авианосцы с бесчисленными аэропланами. До сегодняшней ночи кардонийское небо принадлежало Приоте.

Но наступило утро, и директор с командующим в бессильной злобе смотрели на десятки боевых цеппелей, пришедших к Длинному Носу из Пустоты. На десятки вымпелов с пяти адигенских миров Ожерелья, на быстрые импакто и мощные доминаторы. Смотрели и понимали, что связываться с прибывшей на Кардонию армадой не стоит.

— Господин командующий, новые данные. — Адъютант призраком возник за плечом Ере и фразу произнёс без привычной лихости, полушёпотом, ожидая резкого окрика или раздражённой ругани.

— Какие данные? — почти безразлично осведомился Селтих.

— Сто крейсеров, господин командующий. Каждый мир Ожерелья прислал по десять импакто и десять доминаторов.

— Потрясающе, — не сдержался Абедалоф. — Они меня удивили.

Сто крейсеров! Кардония переплюнула даже Бреннан, для штурма которого адигены сформировали самый большой флот в истории Герметикона… Ах да, до сегодняшнего утра. До проклятого сегодняшнего утра!

— Кроме того, в Унигарт прибыли грузовые и вспомогательные цеппели. В общей сложности группировка насчитывает…

— Не важно! — резанул Селтих. — Уйди!

Война окончена.

— Слушаюсь!

Адъютант бесшумно отошёл к группе офицеров, а Ере тяжело посмотрел на Абедалофа:

— Вы нас бросили.

Отрицать очевидное Арбедалочик не стал. Кивнул, недовольно глядя на "сигары" вражеских цеппелей, и негромко произнёс:

— Предполагалось, что в драку ввяжутся Линга и Каата, которых мы собирались крепко потрепать, что позволило бы нам преподать урок остальным, закрепиться в Кардонийском сплетении и снизить адигенскую активность в лингийском и каатианском секторах.

— Предполагалось?

Селтих понял, что галанит ждал адигенов, но обиды или разочарования не ощутил. Его считают пешкой на Большой Герметиконской доске? Пусть так! Но он — сражающаяся пешка! Пешка, выигрывающая битвы. Ере мечтал о грандиозных войнах и был в ярости от того, что приходилось отступать без драки.

— Адигены совершили маленький дипломатический подвиг: ухитрились получить мандат Сената Герметикона на миротворческую операцию.

— И всё? Они совершили подвиг и победили?

— Вы военный, Ере, вы должны понимать, что совершившие подвиг всегда побеждают, — задумчиво ответил галанит. — Даже если умирают.

— Они победили?

— Я не думал, что адигены сумеют объединиться, — признался Абедалоф.

Сто крейсеров!

— Вям!

— Да, Эбни, именно так. — Арбедалочик улыбнулся, передал саптера слуге и принялся раскуривать ароматную сигару. — Но вы, Ере, не волнуйтесь: Приоту ушерцы не захватят.

— Спасибо, — саркастически склонился Селтих.

— Пожалуйста, — жёстко и очень серьёзно ответил галанит. К потолку отправилось первое облако дыма. — Вы не проиграли, Ере, это уже достижение. А главное противостояние ещё впереди.

— Ваше противостояние с адигенами?

— Вы блестящий военачальник, Ере, так что и ваше тоже. Да и мне нужно кое-кому отомстить. — Абедалоф машинально потёр себя по груди. — И я это сделаю: сучка заплатит, слово скаута.

Откровенное обещание заставило Селтиха улыбнуться. Впервые за утро. За всё проклятое утро.

Командующий гордо вскинул подбородок и без зла, оценивающе, осмотрел бессчётные цеппели.

— Рано или поздно я заставлю их грызть землю!