Читаем География полностью

31. Рассказывают об удивительной храбрости собак в стране Сопифа. Передают, что Александр получил от Сопифа 150 собак и для испытания велел натравить двух на льва; когда лев одолел их, пришлось выпустить еще двух. Тогда силы противников уравновесились и Сопиф приказал оттащить одну собаку, взяв ее за ногу, а если собака не послушается, отрубить ей ногу. Сначала Александр, жалея собаку, не согласился резать животному ногу; после того как Сопиф сказал, что даст ему взамен четырех, царь уступил, и собака позволила отрезать себе ногу медленным сечением, прежде чем бросила кусать свою жертву.

32. Путь до Гидаспа шел большей частью в южном направлении, оттуда же до Гипаниса — более к востоку; в целом путь проходил, держась более предгорьев, чем равнин. Как бы то ни было, Александр возвратился назад к Гидаспу и к якорной стоянке кораблей, где он построил флот, и затем поплыл по Гидаспу. Все упомянутые выше реки впадают в одну — в Инд; последним впадает Гипанис. Вообще, как передают, у Инда по крайней мере 15 значительных притоков. Приняв столько вод из всех притоков, река в некоторых местах расширяется даже на 100 стадий, согласно писателям, не соблюдающим меры, а по мнению более умеренных, самое большее на 15, а самое меньшее — на 7 (много народностей и городов находится около этой реки), а затем двумя устьями изливается в Южное море, образуя остров под названием Паталена. Александр принял это решение[2195] и отказался от проникновения в восточные области, во-первых, потому, что встретил препятствия для перехода через Гипанис; во-вторых, из-за того, что по опыту убедился в ложности слухов, которым он раньше придавал значение, будто равнинные области выжжены солнцем и подходят более для диких зверей, чем для обитания человеческого рода. Вот почему Александр вступил в равнинные области, отказавшись от восточных, отчего первые нам и известны лучше последних.

133. Земли между Гипанисом и Гидаспом, по рассказам, занимают 9 племен, а городов там около 5000, все не меньше Коса, что в Меропиде; впрочем, эта цифра, по-видимому, преувеличена. Относительно страны между Индом и Гидаспом я уже сказал[2196], какие предположительно народности, стоящие упоминания, там обитают. Далее, ниже их живут так называемые сибы (о них я также упомянул[2197]), маллы и сидраки — большие племена. В земле маллов Александр, раненный при взятии какого-то городка, подвергся смертельной опасности. О сидраках я уже говорил[2198], что мифы представляют их родственниками Диониса. Вблизи самой Паталены, как говорят, расположены страны Мусикана и Саба, где находятся Синдоманы, а также страна Портикана и других (всех их победил Александр), живущих вдоль речной области Инда. Последняя область — Паталена, которую образует Инд, разделенный на 2 устья. По словам Аристобула, устья эти отстоят на 1000 стадий друг от друга. Неарх же добавляет еще 800 стадий. Онесикрит определяет каждую сторону заключенного между ними острова, по форме треугольного, в 2000 стадий, а ширину реки в том месте, где происходит разветвление на устья, приблизительно в 200 стадий. Остров он называет Дельтой, неправильно считая объем его схожим с египетской Дельтой. В действительности считают, что основание египетской Дельты составляет только 1300 стадий, а каждая сторона меньше основания. В Паталене есть значительный город — Паталы, по имени которого называется остров.

34. По словам Онесикрита, побережье в этой части света большей частью мелководное, особенно у устьев рек из-за наносов и приливов, а также в силу отсутствия ветров, дующих с суши: напротив, в этих областях большей частью господствуют ветры с открытого моря. Онесикрит подробно говорит и о стране Мусикана, восхваляя ее многие достоинства, из которых иные приписываются другим индийским областям; так, например, он говорит о долголетии жителей, потому что те, сверх 100, живут еще 30 лет (впрочем, некоторые утверждают, что серы еще долговечнее их), о простоте жизни и здоровье, хотя страна отличается изобилием всех продуктов. Особенностью их является обычай устраивать общие обеды вроде лаконских, причем они обедают на общественный счет, а мясо добывают на охоте. Золото и серебро у них не в ходу, хотя есть рудники этих металлов. Вместо рабов им служат юноши цветущего возраста, подобно тому как у критян афамиоты, у лаконцев — илоты[2199]. Они не занимаются подробно науками, кроме медицины, так как углубленное занятие некоторыми науками они считают даже преступлением, как например военным делом и подобными. Судебные процессы у них встречаются только из-за убийства и оскорбления, так как подвергаться подобным несчастьям не зависит от самого человека; напротив, ущерб в деловых отношениях зависит от самого участника, поэтому нужно мириться, когда кто-либо злоупотребляет чьим-нибудь доверием, а также быть осторожным в выборе тех, кому можно доверять, и не наполнять город судебными процессами. Таковы рассказы участников похода Александра.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза