Читаем География полностью

9. Сверх упомянутых городов, в центре страны находятся города Арреций, Перусия, Вольсинии и Сутрий. А кроме этих последних, еще много маленьких городков: Блера, Ферентин, Фалерии, Фалиск, Непета, Статония и другие. Некоторые из них еще с самого начала объединились в союз, другие же были колонизованы римлянами или покорены, как Вейи, которые нередко воевали с ними, как и Фидены. Некоторые, однако, называют фалериев не тирренцами, а фалисками, особым племенем. Другие же считают Фалиск городом с особым языком. Наконец, третьи называют Фалиском город Эквум Фалискум, расположенный на Фламиниевой дороге между Окриклами и Римом.[721] У подошвы горы Соракте лежит город Ферония, одноименный некоей местной богине, весьма чтимой окрестными жителями. В ее священном участке на этом месте справляют удивительные священные обряды. Ибо одержимые этой богиней босыми ногами проходят, не испытывая боли, по большим кучам раскаленных углей и золы.[722] Множество народа собирается сюда как на празднества, отмечаемые ежегодно, так и ради упомянутого зрелища. Дальше всего внутри страны в горах расположен Арреций. От Рима он находится в 1200 стадиях, а Клусий — в 800 стадиях. Поблизости от этих городов лежит и Перусия. Процветанию этой страны содействует много больших озер, так как они судоходны и дают пищу множеству рыбы и болотной птицы. Камыш, папирус и много палочника[723] доставляется в Рим вниз по рекам, которые вытекают из озер вплоть до Тибра. К числу этих озер принадлежат Киминийское озеро, озеро около Вольсинии, озеро вблизи Клусия и ближайшее к Риму и морю озеро Сабата. Самое дальнее озеро, лежащее у Арреция, — Трасуменна; около него находятся проходы для войска из Кельтики[724] в Тиррению, через которые прошел Ганнибал.[725] Этих проходов 2: этот и тот, что у Аримина через Омбрику. Проход у Аримина, правда, удобнее, потому что горы здесь значительно снижаются. Так как эти проходы тщательно охранялись, Ганнибал был принужден выбрать более трудный, тем не менее он овладел им, одержав победу над Фламинием в больших сражениях. Тиррения очень богата горячими источниками, и благодаря тому что они находятся поблизости от Рима, население этих мест не менее многочисленно, чем у источников в Байях, которые наиболее известны из всех.[726]

10. Рядом с Тирренией с восточной стороны лежит Омбрика. От Апеннин она простирается еще дальше, вплоть до Адриатического моря. Ведь омбрики занимают, начиная от Равенны, ближайшую область, а также следующие местности: Сарсину, Аримин, Сену, Камарин.[727] Там есть также река Эсис, гора Кингул, Сентин, река Метавр и Святилище Фортуны.[728] Дело в том, что в этой местности проходит граница прежней Италии и Кельтики, т. е. часть ее у Адриатического моря, хотя правители нередко ее изменяли. Сначала они считали границей Эсис, а затем — опять Рубикон. Река Эсис течет между Анконой и Сеной, а Рубикон — между Аримином и Равенной, и обе они впадают в Адриатическое море. В настоящее время, когда вся страна вплоть до Альп объявлена Италией, следует отказаться от этих границ. Тем не менее все согласны с тем, что Омбрика сама по себе простирается до Равенны, потому что эта народность обитает в Равенне. От Равенны до Аримина, как говорят, около 300 стадий, а если ехать из Аримина в Рим по Фламиниевой дороге через Омбрику, то весь путь до Окрикл и Тибра составит 1350 стадий. Это — длина Омбрики, а ширина неодинакова. Достойны упоминания следующие города по эту сторону Апеннинских гор. Во-первых, на самой Фламиниевой дороге Окриклы на Тибре, Ларолон и Нарна, через которую протекает река Нар, впадающая в Тибр немного выше Окрикл, судоходная только для небольших судов. Затем идут Карсулы и Мевания, мимо которой протекает река Теней. По этой реке также спускают в Тибр на меньшего размера судах товары с равнины. Есть здесь и другие места, где население скопилось скорее из-за того, что они расположены на самой проезжей дороге, чем в силу гражданского объединения. Это Форум Фламиниум, Нукерия, где изготовляют деревянные жбаны, и Форум Семпрониум. Если ехать из Окрикл к Аримину, то на правой стороне дороги будут Интерамна, Сполеций, Эсий и Камерт на самих горах, которые являются границей Пикентинской области. На другой же стороне находятся Америя, Тудер, хорошо укрепленный город, и Игувий; последний уже вблизи перевала через гору. Вся страна омбриков отличается плодородием, хотя несколько гориста и кормит свое население больше полбой, чем пшеницей. Гориста и страна сабинян, граничащая с этой местностью. Она лежит вдоль Омбрики таким же образом, как Омбрика расположена вдоль Тиррении. И все части страны латинов вблизи этих частей Омбрики и Тиррении, а также Апеннинских гор несколько суровы. Оба племени живут от Тибра и Тиррении до Апеннинских гор, которые заходят несколько вкось у Адриатического моря в глубь страны. Омбрика же тянется, как я уже сказал,[729] за горы до Адриатического моря. Относительно омбриков я сказал достаточно.

Глава III

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза