Читаем Гамбит пешки полностью

Ю захлопнула за собой дверь таверны и прижалась к бамбуковой стене, тяжело дыша, слушая, как сердце гремело в ушах. Она дрожала, ладонь сжимала нефритовую монету до боли.

Ю вглядывалась во тьму вокруг таверны. Нацуко не было видно. Богиня пропадала, когда становилось напряженно. Ю не могла решить, было это из-за того, что она не могла помочь прямо, или она что-то затевала. Ей казалось, что богиня ей что-то не рассказала. Может, многое. Все состязание казалось… странным, но Ю не могла понять, что ей не нравилось. Она знала, что если бы прочла контракт на своей коже, поняла бы все.

«Первый шаг к победе — знать, в какую игру ты играешь», — урок бабушки, пожалуй, первый. Ю была голодна, одна, грязная маленькая сирота. Мама бросила ее и ушла в гарем Императора Десяти Королей. Но это было не все. Последними словами ее мамы были: «Почему ты так похожа на него?». Ю уснула на обочине тропы, которая никуда не вела, тихо всхлипывая, пока мама смотрела на нее с болью в глазах. Она проснулась одна. Она больше не увидела маму. Она брела по провинции Сунь, просила еду, воровала, когда могла, и бежала, пока ее не поймали. А потом она заметила старушку в деревушке под названием Шуань. Женщина сидела за деревянным столом у шумного дома, миска горячего риса стояла перед ней рядом с шахматной доской. Ее глаза были закрытыми, она раскачивалась в нежном ритме сна. Ю подумала, что миску каши будет проще всего украсть, и подобралась ближе, держась теней, сглатывая слюну от мысли о еде. Она не ела днями, и желудок сжимался в узел, будто пытался съесть себя. Старушка тихо посапывала, но ее глаза открылись, когда Ю потянулась к миске, и Ю чуть не обмочилась от страха. Она выронила миску и повернулась бежать, но старушка поймала ее за худую руку. Ю ожидала, что она позовет на помощь, закричит «вор», но старушка указала на доску и фигуры на столе и просто спросила: «Знаешь игру?». Ю покачала головой, и старушка захихикала. И она сказала: если Ю сыграет и выиграет, она заслужит миску риса с мясом и овощами. Как Ю могла отказаться от награды за такую мелочь, как игра? Конечно, она проиграла. Она не знала правила, и старушка учила ее во время игры. И тогда она сказала: «Первый шаг к победе — знать игру, в которую ты играешь». Несмотря на поражение, старушка накормила Ю и дала ей поспать на полу возле ее кровати. Ю уснула ночью под храп старушки, впервые за долгое время ощущая безопасность. На следующий день они снова сыграли. Ю проиграла, но старушка снова накормила ее. Ю не успела заметить, как получила дом. Получила семью, хотя многие не любили ее. Но она все еще не понимала правила игры, в которую они играли, пока бабушка не вручила ей проклятую маску и не сказала, что она была новым Искусством Войны.

Пока она была в таверне, пошел дождь. Моросило, но серые тучи обещали бурю. Хоса страдала от засухи пару месяцев, нуждалась в дожде, но это превратит тропы и поля в грязь. Она могла остаться сухой, сидя на крыльце таверны, но придется остаться. Близко к трупам. Она все еще дрожала после близкого столкновения с ёкаем. Звезды или боги, кто был настоящим и слушал, ей нужно было выпить.

Ю открыла дверь таверны и заглянула во мрак. Трупы не двигались, молчали и воняли гнилью.

— Двигайтесь, — сказала она, не зная, говорила себе или телам. — Ну же! — сказала она. В этот раз точно себе.

Она прошла внутрь как можно тише. Три трупа лежали кучей у двери. Один был массой личинок и тонкой кожи. Голова другого была сдвинута, рана зияла на шее. Но что-то изменилось. Напряжение пропало из таверны. Теперь остались только последствия резни. Все еще жутко, но страх прошел, опасность миновала. Она перешагивала тела, двигаясь к стойке. Кохранцы тщательно убили всех, но двигались быстро. Оставили несколько бутылок вина. Она выбрала те, что меньше пахли как уксус и взяла стул, а потом повернулась, чтобы снова убежать. У двери она заметила старую бамбуковую шляпу доули. Владелец точно погиб, а шляпа защитит ее голову от дождя. Она схватила доули со стены и отнесла свою добычу на крыльцо, закрыла за собой дверь. Ком смотрел на нее, вяло жевал траву, не переживая из-за моросящего дождя.

— Говори, что хочешь, — сказала Ю. — Но поход туда еще раз был подвигом! — конь взглянул на нее, промолчал, ясное дело, махнул хвостом и продолжил жевать траву.

Ю опустилась на стул на крыльце, сделала глоток вина и удовлетворенно выдохнула. Сделала еще глоток. Вино скиснет через день, но Ю не собиралась давать ему еще день. Тучи разверзлись, и морось стала ливнем. Ком раздраженно заржал, когда дождь застучал по нему, промочив его облезлую шкуру. Ю цокнула языком и указала на место рядом с собой. Конь забрался на крыльцо, нашел сухое место и лег на бок. Крыльцо закрывало от худшей части бури, но вода местами капала сквозь солому крыши.