Читаем Гадюка в сиропе полностью

– Идите сюда, – велела женщина и подняла прилавок.

Через секунду мы оказались в крохотной комнатенке без окна, зато с телефоном.

– Зинк, – заорала баба в аппарат, – тут про комнату…

Я выхватила у нее трубку:

– Алло, Зина, мне срочно нужно с вами поговорить.

– Ничего не понимаю, – воскликнул тихий голосок. – Какая комната!

– Все при встрече, – успокоила я ее.

– Приезжайте, – сказала она.

– Куда?

– Хонская улица, 16, метро «Выхино».

Ну ничего себе, другой конец города. Примерно час я тряслась в вагоне, пришлось, конечно, делать пересадку, от духоты хотелось спать. Пытаясь бороться со сном, я купила на лотке новую книгу Малькова и стала читать. На двадцатой странице меня затошнило. Конечно, я понимаю, что, когда автор пишет от первого лица, он совсем не имеет в виду себя. И вообще, милая старушка Агата Кристи ваяла зверские романы, убивая людей всеми возможными в те времена способами. Но чтобы Юра Грызлов создал такое! На первых десяти страницах отвратительно натуральное описание расчлененного трупа, на следующих – более чем подробный отчет о патологоанатомическом вскрытии останков. Полистав книжонку дальше, я наткнулась на сексуальную, нет, почти порнографическую сцену.

Вспомнив милое, располагающее лицо Юры, его мягкую улыбку и ласковые глаза, я вздохнула. Надо же, какие демоны таятся иногда на дне мужской души. Нет уж, лучше я буду читать женщин, их, по крайней мере, так не заносит. Хотя книги Малькова явно пользуются успехом. Я насчитала троих на одной «ветке» метро и четверых на другой с яркими томиками прозаика в руках.

У метро «Выхино» раскинулся рынок. Все спрошенные торговцы и аборигены лишь пожимали плечами. Никто не знал, где Хонская улица.

– Слыхать слышал, – пробубнил мясник.

– Вроде направо, за обувным, – предположила тетка с батонами.

– Налево перед хлебным, – посоветовал газетчик.

– Прямо, никуда не сворачивая, – безапелляционно направила бабулька с кошелкой, откуда высовывались пустые бутылки.

Окончательно растерявшись, я прошла по проспекту и уперлась в огромную серую бетонную башню, подавляющую своими размерами. Ни за что бы не согласилась жить в таком здании. Дом походил на гигантский карандаш, наверное, некомфортно иметь в нем квартиру на последнем этаже. Мне бы все время казалось, что она упадет. На углу висела табличка «Хонская, 16». Стоит ли упоминать, что Зинина квартира оказалась под крышей?

Но открывшая дверь хозяйка, очевидно, не боялась высоты. Впрочем, она находилась в том счастливом возрасте, когда человек вообще ничего не опасается и уж совсем не думает о смерти. На вид Зиночке не дашь больше шестнадцати.

– Это вы из риелторской конторы? – вежливо спросила она.

На всякий случай я кивнула и вошла в довольно просторную прихожую, сверкавшую лаковым полом.

– Очень странно получилось, – тарахтела Зиночка. – Наверное, из компьютера не удалили мой номер телефона. И никак я не пойму, при чем тут комната, я покупала квартиру…

Я села на стул и, недолго думая, сообщила:

– Я не имею никакого отношения к агентству по продаже недвижимости.

– Да? – удивилась девочка. – Тогда в чем дело?

– Кем вам приходился Кондрат Разумов?

Я надеялась, что молоденькая хозяйка растеряется или смутится, но та недрогнувшим голосом сообщила:

– Почему я должна обсуждать свои личные дела?

– Так вы его знали?

– Предположим.

– А Лену Разумову?

– Слыхала.

– В курсе, что ее посадили?

– Кого? Жену Кондрата?

– Да.

– За что? – удивилась девушка. – Солидная, богатая дама, такой нет нужды воровать.

– Следователи считают, что она убила мужа.

– Она? Кондрата? Ну и чушь, – с абсолютной уверенностью заявила Зина. – Вы-то кто?

– Сестра Лены. А следователю прислали анонимное сообщение, якобы моя родственница застрелила супруга из-за того, что он решил развестись с ней и жениться на вас.

– Глупости, – разозлилась Зина. – Тогда уж ей бы надо меня прикончить!

Что ж, девчонке не откажешь в логике.

– Значит, все неправда! – обрадовалась я. – Злые языки врут?

– Идите сюда, – велела она и втолкнула меня в просторную кухню с новенькими беленькими полками.

Сев за кухонный стол, она подперла голову кулаком и поинтересовалась:

– Зачем вам надо знать про меня и Кондрата?

Я посмотрела на разлучницу. День сегодня солнечный, яркий свет наполнял кухню, и мне стало понятно, что Зине, конечно, не пятнадцать, впрочем, ей вряд ли исполнилось двадцать. Никакой роковой красоты не заметно. Наоборот, любовница Кондрата выглядела намного проще его законной супруги. Сероватые, не слишком аккуратно подстриженные волосы, того же оттенка глаза, бледные щеки и губы. Да и фигура не слишком хороша – плоский бюст, полноватые бедра, короткие ноги. Словом, она выглядела как ребенок, детство которого прошло над тарелкой с картошкой. Если сказать честно, элегантной, фигуристой Лене Зина и в подметки не годилась. Даже странно, что такой ловелас, как Разумов, обратил на нее внимание. Хотя чудными тропами ходит страсть.

– Так зачем? – вновь спросила Зина.

– Уяснить для себя хочу, виновата моя сестра или нет?

Девица вздернула белесые брови:

– Спросите у нее.

– Спрашивала…

– И что?