Я внимательно слушала Юрия. Из его слов выходило, что Лена крайне дорожила своим статусом и всегда закрывала глаза на «зигзаги» супруга. В целом правильная позиция. Если уж мужчина решил бегать на сторону, его не остановит даже атомный взрыв, к тому же – запретный плод сладок, а любые ограничения вызывают желание их преодолевать. Глупые женщины устраивают скандалы со слезами, соплями и битьем посуды, а потом недоумевают, отчего муж все-таки уходит. Умные жены молча засовывают испачканную губной помадой рубашку в стиральную машину и заводят разговор о последнем матче «Зенит» – «Торпедо». В результате они оказываются в выигрыше. Лене удавалось удерживать около себя ветреного литератора лишь благодаря такому поведению. Надо сказать, что после очередного романчика писатель бежал к жене с подарком, чувствуя легкий укор совести. Словом, все были довольны, но тут возникла прелестная продавщица. Звали ее, естественно, не Джульетта, а намного проще – Зина Иванова. Лена вначале решила, что события будут развиваться по накатанной колее – сначала легкий флирт, а потом в ее шкафу окажется новая шубка или колечко на пальчике, но вышло по-другому.

Девчонка оказалась хитрущей. Прикинулась невинной, в постель не ложилась, подарков не принимала и не садилась в роскошный джип. Потерявший голову Кондрат предложил ей… выйти за него замуж. Зина согласилась. Дело оставалось за малым: избавиться от Лены. Разумов пошел по испытанному пути – предложил жене квартиру, машину, отступные и неплохие алименты, но супруга ответила категорическим отказом.

– Она приехала ко мне в слезах, – объяснял Юрий, – бросилась на диван, прорыдала около двух часов, а потом с дикой злобой произнесла: «Если не мне, то и никому не достанется».

Грызлов попытался утешить ее, но та словно с цепи сорвалась, трясла головой и безостановочно повторяла: «Я его убью, я его убью».

Юра в конце концов отвез ее домой. Лена слегка успокоилась, и Грызлов подумал, что истерика закончилась. Всерьез слова об убийстве он не воспринял. Ну кричат же иногда люди в запале: прирежу, оторву голову, но ведь на самом деле ничего такого не совершают. Известие о смерти Кондрата упало на Юру, словно топор, и он долго не мог прийти в себя.

– И зачем бы ей отправлять на тот свет мужа? – удивилась я.

Грызлов спокойно повторил:

– Кондрат собрался уходить. Вот она и решила, что лучше стать вдовой, чем брошенной женой, выгодней.

– В чем выгода?

– В деньгах. Вдове положены гонорары. Знаете, сколько моя бы получала! На всю жизнь хватит!

– Что-то я не видела книги под вашим именем, – удивилась я.

– Я пишу под фамилией Мальков, – пояснил он.

Но меня, опытного читателя, не так-то легко провести.

– Ой, ой, Андрей Мальков скончался в прошлом году под плач поклонников.

– Согласен, но книги-то его выходят!

– Небось остались рукописи.

Юра широко улыбнулся:

– Душенька, вы абсолютно безграмотны в издательском бизнесе. Андрюша Мальков милый, талантливый человек, но писал медленно – две книги в год. Такого невыгодно раскручивать, читателю хочется постоянных новинок. Я же кропаю истории мгновенно, за месяц выпекаю роман. Вот нам и предложили работать под одним псевдонимом.

– Да зачем?!

– Святая простота. Он уже имел имя, хорошо раскупался, после его кончины псевдоним целиком и полностью принадлежит мне. Читатель жаждет творений Малькова – он их получит. Закон рынка. Если я выпущу сейчас повесть под фамилией Грызлов, еще неизвестно, будет ли она коммерчески успешна. Но черт с ними, с псевдонимами. Суть проста. Вдова, владеющая рукописями, и брошенная жена – это не одно и то же, уж поверьте!

– Почему же вы не сообщили об этом разговоре в милицию?

– Не в моих правилах топить женщину, даже если она и виновата, – прозвучал ответ.

ГЛАВА 12

На следующий день я маялась у входа в магазинчик «Лорелея». Разговаривать мне с Зиной Ивановой или нет? Пока для Лены все складывается очень плохо, еще спасибо, что Грызлов оказался порядочным человеком и не утопил окончательно бедную бабу. Но, несмотря на уверенный тон Юры, я почему-то ему не слишком поверила. Ладно, побеседую с девчонкой и, если она подтвердит, что Кондрат решил бросить жену, тогда… Тогда не знаю, что делать!

Внутри крохотного зальчика не было покупателей, за прилавком скучала женщина лет пятидесяти.

– Взвесьте килограмм бананов, – попросила я.

– Пожелтей? – спросила тетка.

– Да, вот эти, – ткнула я пальцем в аппетитную гроздь.

Продавщица водрузила «африканскую картошку» на весы и взяла калькулятор.

– А где Зиночка? – поинтересовалась я.

– Уволилась, – ответила тетка. – С вас двадцать пять сорок.

Я порылась в кошельке и сказала:

– Вот жалость.

– Почему?

– Да она у меня спрашивала, не хочет ли кто тут комнатку сдать, недорого, так я нашла ей сказочный вариант.

– Ну? – удивилась продавщица. – Какой?

– Соседи мои, из двухкомнатной, уезжают на два года и ищут порядочную девушку, которая будет жить у них совершенно бесплатно.

– Странно как, – недоверчиво протянула торговка.

– Да нет, – пожала я плечами. – За кошкой следить надо, кормить за свой счет.