Читаем Флетч & Co полностью

Уолш наклонился вперед.

– Конгрессмен хочет представить тебя, папа. А не мать. Для него это важно.

– Придется ему представлять твою мать. Кто еще будет на трибуне?

– Мэр Мелвилла, судья...

– Мне передали их «объективки»? Уолш протянул отцу несколько листков. Совещание проходило в гостиной «люкса» кандидата. Флетч чувствовал себя, как дома: третий по счету отель, а комната точь-в-точь, как две предыдущие. Стандартизация правила в Америке бал.

– Барри? – губернатор просматривал листки. – Тебе есть, что сказать?

– Да, сэр. Наш рейтинг упал на четыре пункта в опросах Харриса и на три – у Гэллапа.

Губернатор поднял голову, на его лице отразилось удивление.

– А я думал, что дела у нас идут на лад.

– На сегодняшний день Аптон опережает нас на восемь пунктов, а Грейвз отстает на четыре.

Губернатор провел пальцем по царапине на щеке.

– Аптон! – воскликнул Ли Оллсн Парк. – Он даже не приезжал сюда! Был в Пенсильвании и Айове.

– Должно быть, разлука согрела сердца избирателей, – предположил Фил Нолтинг.

– Плохо дело, – покачал головой губернатор. – Наверное, кое-что из сказанного мной в Уинслоу нанесло кампании...

– Урон, – докончил фразу Пол Добсон.

– Дорис была права.

– Мы все были правы, – поправил его Добсон.

– Может, всему виной зеленый костюм Уолша, – вставил Ли Оллен Парк. – Глядя на него избиратели думают, что у нас «крестовый поход любителей».

– Вернее, президент утащил в клювике твою главную мысль, – добавил Уолш.

– Не совсем. Оригинальной его реакцию не назовешь. Образовать специальный совет – это в его духе. Пол и Фил, я хочу, чтобы вы подготовили мне первоклассную речь. В понедельник я выступлю с ней. Я получу время на телевидении?

– Да, – кивнул Барри. – Договор подписан, деньги уплачены.

– Это будет моя основная речь. Стержень ее – международные переговоры, в том числе со странами Третьего мира, о заключении всеобъемлющих соглашений по разработке и контролю новых технических решений по передаче, приему и распространению информации, – говорил губернатор медленно. Нолтинг записывал все слово в слово. – Моя цель – не контроль технических достижений, но принятие международного договора, согласно которому никто, ни нация, ни политическая партия, ни какая-то другая группа, не сможет контролировать значительную часть единого информационного пространства.

– Слишком уж наукообразно, – засомневался Добсон.

Губернатор зыркнул на него.

– Вот и поработайте, чтобы моя мысль стала доступной рядовому избирателю.

– Можем ли мы использовать такие фразы, как «укрепление мира» или «процветание всех народов»? – спросил Нолтинг.

– Звучит неплохо, – холодно ответил губернатор. – Но хорошо бы использовать и тройку-другую моих слов.

– Папа, утром ты выступаешь в нью-йоркской передаче «Вопросы и ответы». Она транслируется на всю страну. Если ты хочешь выйти с новой инициативой, почему не сделать это завтра утром? Зачем ждать митинга в столице штата перед самыми выборами?

– Может, ты и прав, – губернатор задумался. – Обычно главный козырь берегут до последнего. У «Вопросов и ответов» хорошая аудитория.

– Для подобных заявлений, – добавил Добсон.

– Так скажите им все, – предложил Флетч.

– Нет, – губернатор покачал головой. – Телезрителям я скажу, что тема не исчерпана, что Аптон, Грейвз и президент недостаточно точно истолковали мои слова, а потому все необходимые разъяснения я дам в понедельник, на вечернем митинге.

Барри Хайнс кивнул.

– Это их заинтригует.

– Кстати, о распорядке завтрашнего дня, – Уолш повернулся к отцу. – «Вопросы и ответы» выходят в эфир в одиннадцать утра. В девять ты посетишь службу в церкви на Тридцать шестой улице. Пока ты и Флетч сидели в радиостудии, мы с Барри связались с нью-йоркскими газетами. Репортеры и фотографы встретят тебя у церкви. Между прочим, Флетч, тебе туда лучше не ходить.

– Ты не хочешь, чтобы я шел в церковь?

– Когда кандидат в президенты посещает церковь, пресс-секретарю делать там нечего. Ты понял?

– Мне ведено не ходить в церковь.

– Когда я лягу спать? – спросил губернатор.

– Самолет взлетит из аэропорта Мелвилла в половине первого ночи, – ответил Уолш. – В половине третьего ты будешь спать.

– Кто полетит со мной?

– Флетч, Барри и Шустрик.

– И Боб.

– И доктор Том, – подтвердил Уолш.

– Значит, вы без опаски сможете пить нью-йоркскую воду, – заметил Пол Добсон.

Уолш повернулся к Добсону. Он по-прежнему был без галстука, а потому Флетч видел, как напряжена его шея.

– Обратно мы ждем тебя в четыре, максимум в половине пятого. В аэропорту столицы штата постараемся организовать встречу, но в воскресенье собрать много народу не удастся. Очередной тур соревнований Национальной футбольной лиги.

– Тот, кто хочет стать президентом, всегда стоит вторым за футболом, – прокомментировал губернатор, оглядев свою команду. – Что-нибудь еще?

– Флетч, сейчас пойдем ко мне. Я хочу дать тебе последние газетные вырезки. Тебе пора знакомиться с журналистами Висконтина.

– Это точно. Но есть еще один вопрос, который хотелось бы обсудить.

Присутствующие, как один, заерзали на стульях.