В том же 1938-м подходит очередь Чехословакии. Дипломатическая история Мюнхенского соглашения достаточно известна, чтобы пересказывать её здесь. В марте 1939 года танки вермахта вступают в Прагу. Перед Гитлером пала наиболее развитая из стран Восточной Европы. Заводы «Шкода» принадлежат Рейху. Что интересно, первым рейхспротектором направляется в Прагу вызванный из почётной отставки фон Нейрат, отбросивший прежние колебания и твёрдо вставший в нацистский строй. А главное — Гитлер, вдохновлённый пацифистско-политкорректным параличом Лондона и Парижа, окончательно теряет след. Прицел наводится на Польшу, связанную с Англией и Францией гарантиями безопасности.

Схема «Майн кампф» предполагает первый удар на запад, но путь в Париж лежит через Варшаву. Англию фюрер не принимает в расчёт — нагляделся в Мюнхене на Невилла Чемберлена. «Дам ему пинка на глазах у фотографов», — так отзывается Гитлер о главе британского правительства, который искренне уверен, будто заключил с рейхсканцлером «мир на целое поколение». Войны с Англией фюрер вообще-то не хочет, ему импонирует имперский размах и нордические качества британцев. Но он в неё и не верит. С Францией же пора кончать. А значит, пришёл черёд Польши.

3 августа 1939 года рейхсминистр иностранных дел Риббентроп делает шокирующее заявление о перспективах советско-германского сближения. Сталин, однако, отнюдь не шокирован — зондаж такой возможности вёлся к тому времени несколько лет по конфиденциальным каналам торгпреда Давида Канделаки. 21 августа Гитлер и Сталин обмениваются личными телеграммами. 23 августа Риббентроп подписывает в Москве советско-германский договор о ненападении и секретный протокол о совместном «территориально-политическом переустройстве» Восточной Европы. Главным делом жизни этого человека — «фона» и буржуа в одном лице, по самооценке убеждённого антикоммуниста — оказался сговор именно с коммунистами.

Антибольшевистская кампания Берлина, антифашистская кампания Москвы были прекращены. Приходило время коммуно-нацистской «дружбы, скреплённой кровью» (по большей части кровью поляков). «С осени 1938 года я решил идти вместе со Сталиным, — пояснил фюрер на совещании командующих вермахта. — Мы с ним единственные, кто смотрит в будущее».

Будущее наступило через неделю. 1 сентября 1939 года бронетанковые части вермахта пересёкли германо-польскую границу. Началась мировая война. «Естественное состояние человека» (А.Гитлер). То, ради чего жила и работала Национал-социалистическая рабочая партия Германии.

ТРИУМФ НА КРАЮ

Приближался лютый бой.

Приближалось исполненье

Изречённого судьбой.

Судьбе навстречу

«Помоги нам небеса, если суждено проиграть» — произнес Герман Геринг 3 сентября 1939 года. Подобные настроения свинцово нависали над страной, вступавшей в «естественное состояние», предначертанное фюрером. Энтузиазма, с которым 25 лет назад Второй рейх провожал кайзеровские войска, не было в помине, на центральной площади Берлина не набралось и тысячи человек. Йозеф Геббельс не счёл нужным режиссировать постановку — тяга к войне должна быть только подлинной.

Массы, помнившие не столь давнюю катастрофу, пребывали в тревоге. Но некоторая растерянность возникла и в верхушке. На сентябрь 1939-го Гитлер запланировал расправу с Польшей. Однако произошёл явный сбой. Великобритания и Франция, как гаранты польской независимости и безопасности, 3 сентября всё же решились объявить Рейху войну. Чего фюрер никак не ожидал от тогдашних лондонских и парижских политиков, с которыми намеревался общаться пинками под фотокамеры.

Вместо локальной, хотя и крупномасштабной операции, начиналась мировая война. При том, что военно-экономический потенциал Германии значительно уступал объединённому англо-французскому.

Наибольшее недовольство проявила буржуазная элита. Особенно обеспокоились «короли угля и стали» из Рейнско-Вестфальской группы, чьи предприятия, казалось, вот-вот превратятся в поле боя. Фриц Тиссен, раньше других поставивший на Гитлера и активнее других сотрудничавший с НСДАП без малого два десятилетия, покинул Рейх и выступил с открытым обращением к Гитлеру. Магнат обвинил фюрера не только в авантюризме, но и в предательстве собственных идей, изложенных в «Майн кампф»: «Договором с Россией вы перечеркнули свои принципы». В полной мере усвоить идеалы нацизма было дано разве что таким, как Альберт Феглер. Тот же Тиссен, как показала жизнь, не тянул на настоящего нациста. Равно как и угрюмо умолкшие прочие «друзья рейхсфюрера СС».

Командование вермахта, напрямую подчинённое фюреру, принялось выполнять политическое решение. В Польше начались жестокие бои. Польские конно-пехотные войска не могли противостоять немецкой бронетехнике и авиации Рейха. Уже через три недели генерал Гейнц Гудериан и комбриг Семён Кривошеин принимали в Бресте совместный парад германо-нацистских и советско-коммунистических войск.