Читаем Ферзи полностью

Многоцветная густая хвоя от мягких светло-зелёных полосок случайно оборванных во время недавней бури, до коричневато-жёлтых сухих прошлогодних «скелетов», сплошным ковром устилавшая лесные тропы, с остервенением и гневливой радостью впивалась даже в её не такие уж и изнеженные стопы. Некоторые агрессоры оставляли после себя россыпь красных слегка зудящих пятен, другие же преданно торчали из кожи. Уже несколько раз травница с какой-то отчаянной самоотверженностью собиралась возвращаться к злосчастной поляне, чтобы поискать утерянные лапти, но толика здравомыслия не давали ей сорваться с места. Неплохой альтернативой было попроситься на ручки к куда более обутому парню, благо в своём весе травница не сомневалась и тонкой спортивной фигурой была вполне довольна. Только один взгляд на сосредоточенно-отстранённое лицо спутника сводил на нет все благие порывы. Девушка нехотя призналась себе, что рядом с таким высоким, пусть и изрядно истощавшим парнем чувствовала себя весьма неуютно. Хотя за девятнадцать лет жизни Эл и удалось себя убедить, что она утончённая миниатюрная девица, вполне довольная собственным ростом, и отлично подойдёт в пару любому парню, большого наплыва желающих составить эту самую пару не наблюдалось и уверенность в собственных силах нет-нет, да и покидала травницу. И не было ничего удивительного, что рядом с мужчиной, которому она едва доставала макушкой до плеча, Валент ощущала себя по меньшей мере некомфортно. Ей-то и идти, цепляясь за его локоть, было отчаянно неудобно, просить же о переноске девушка и вовсе боялась. Особенно напрягали Алеандр те целеустремлённость и решительность, появившиеся на лице молодого человека после их разговора и делавшие вечно смешливого и несуразного вора каким-то отстранённым и излишне авторитетным. У него даже, кажется, неуловимо изменились осанка и походка, делая парня отдалённо похожим на их с Танкой куратора. Жёсткий, прямолинейный и откровенно деспотичный Воронцов, в свою очередь, пугал юную травницу до дрожи в пятках и острого приступа гастрита.

— Может, чуть-чуть помедленнее? — взмолилась девушка не в силах больше семенить за длинноногим парнем, что, казалось, совершенно не учитывал их разницу в росте и наличии обуви. — Бандиты никуда от нас не денутся. Ни один год здесь располагались и ещё часик подождут.

— Хм, ты права, — резко притормозил Виль, от чего девица едва не пролетела мимо. — Просто я слишком тороплюсь.

Вор действительно выглядел обеспокоенным и непривычно собранным. Алеандр сочувственно сжала его перемотанную тряпкой руку и ободряюще заметила:

— Ничего страшного. Мне тоже немного непривычно было сталкиваться с проблемами такого масштаба. Как говорится, партия явно не нашего уровня и уж точно не мы в офицерских фигурах. Но, знаешь, Виль, ведь у каждой пешки есть шанс стать ферзём и получить простор для действия, тут всё зависит от играющих, расстановки фигур и легкомыслия противника. Вот посмотри на нас, у нас сейчас реальный шанс изменить перевес сил и занять ведущие роли в игре!

— Я думал, что ведущие роли в любой партии у играющих, — усмехнулся вор, снова становясь похожим на себя.

— А где эти играющие? И как определить, кто именно двигает фигуры, а кто просто считает себя двигающим, стоя на одной клетке, позабытый игроком в невыгодной позиции? Нет, Виль, я считаю, что уж если попал на доску, то нужно максимально поучаствовать в игре и принести пользу своей масти. В противном случае легче сразу же сложить руки и сдаться первому же вражескому коню, если не пешке.

— Как-то всё уж слишком возвышенно получается у тебя.

— А всё возвышенно и есть. В чём смысл простого передвижения с места на место в попытках спасти собственную шкуру, когда есть реальная возможность, пусть не прославиться, так хоть получить от игры какое-то удовольствие? Я решительно с этим не согласна!

— Если в жизни нет места подвигу, то сами создавайте ситуации для геройства?

— Как-то так, — пожала плечами Алеандр.

— А ты не думала, что искусственно создавая опасности, выглядишь уже не героем, а злодеем для кого-то, — уточнил молодой человек, пытливо склонив набок голову. — Может, даже воплощением зла и хаоса, разрушающим тихую и такую надёжную размеренность жизни.

— Увы, общество у нас настолько эгоистично и необразованно, что подчас совершенно не может оценить всю возвышенность благих порывов, — вздохнула девушка, вспоминая многочисленные конфликты с тёткой и кузинами, а подчас, даже родителями при попытках введения здорового питания на научной основе или объявления недели тотального закаливания путём купания в проруби. — А знаешь, что мне сейчас напомнил наш разговор?

— Хм?

— Очень пафосную перебранку главного героя с главным злодеем в лубочных историях про храбрых космических путешественниках или драконьих наездников. Ну, помнишь, «Великий отряд восходящей луны»?

— Очень смутно, — как-то почти смутился парень, явно не понимающий о чём речь и травница ощутила себя невозможно старой, раз представитель младшего поколения не знал таких эталонных историй.