Читаем Фата-Моргана №8 полностью

Пожелав ему удачи, они улетели. Он провожал их взглядом, пока они не превратились в едва заметные точки на фоне голубого предрассветного неба. Затем поймал восходящий поток теплого воздуха, исходящий от прибрежных скал, и заскользил к берегу, сохраняя силы для грядущего испытания.

Они называли другой мир Пишкан, что на древнем языке Сну означало «скала», и, действительно, это был мир скал, утесов, горных ущелий и пещер — гранитный мир, постоянно сотрясающийся от подземных толчков. Гул землетрясений был таким же привычным, как и шум океана. Когда колонисты впервые высадились здесь и назвали эту землю Пишкан, они бросили вызов дикой природе. Затем, после миллиона лет несбыточных мечтаний, возникших, еще когда первый человек увидел в небе орла и проникся к нему завистью, появились орнитантропусы, так как жизнь могла продолжаться только в воздухе.

Форма крыльев у людей-птиц определялась, скорее эстетикой, чем функциональной необходимостью. Крылья росли на лопатках и приводились в движение целым комплексом мышц, начинавшимся у грудной кости и через трапецевидные мускулы идущим к нижней части каждого крыла. Кости крыльев были легкими, а нижние веки закрывали глаза, защищая их от встречного ветра. Для обычных представителей человеческого рода люди-птицы были символом красоты и изящества.

Шед, относившийся к пятнадцатилетнему поколению, мало что знал об истории своего племени. Подростком он побывал в Звездном порту, и обычные люди рассказывали ему, как возникли люди-птицы, но его это совсем не интересовало. Только жизнь, здоровье, небо, его женщина и небесный охотник имели для него значение.

Уже полностью рассвело, когда Шед поднялся еще выше, используя восходящие потоки воздуха, чтобы осмотреть окрестности. Примерно в километре от него, над морем, молодой небесный охотник, сверкая кровавыми рубинами на фоне изумрудных волн, ловил рыбу. Наевшись, он будет слишком сильным, чтобы его одолеть. Шед устремил взгляд на землю.

Его тонкие ноздри затрепетали, мускулы лица напряглись, глаза сузились, а блестящие черные волосы встали дыбом. Рука крепко сжала рукоятку меча.

То, что он увидел, казалось лишь точкой на горизонте, но инстинкт подсказывал ему, что это был небесный охотник, направляющийся к морю. Следовательно, он голоден и поэтому слаб.

Какое-то мгновение Шед колебался — не спуститься ли ему вниз в поисках чего-нибудь съедобного, — но затем отбросил эту мысль. Животное по запаху определит, полный у него живот или нет. Шед должен выступить против него голодным, вооруженный только мечом и защищенный лишь доспехами. Они должны быть в равных условиях, в этом заключалось настоящее мужество.

Шед осмотрелся и внимательно изучил все мельчайшие подробности земли под собой и окружающего его воздуха. Среди разнообразных камней и валунов кое-где виднелись зеленые островки растений, тянущихся к жизни несмотря на неблагоприятные условия. Шед отвел взгляд от израненной земли. Врожденный инстинкт помог ему разглядеть и запомнить все воздушные потоки, проходящие поблизости. Он видел, как теплый воздух стеной поднимается от морских утесов, исчезая высоко за облаками; увидел справа от берега сильный восходящий поток и проследил, откуда он берет начало; услышав шорох «пыльного дьявола» — смерчеподобного течения, поднимавшего вверх пузыри нагретого воздуха; увидел еще одну реку теплого воздуха от гранитных утесов слева от себя, которая опасно извивалась среди зазубренных скал; заметил массу неподвижного воздуха прямо перед собой, колыхавшуюся под дуновением бриза.

Трудно было найти лучшее место для встречи с небесным охотником.

Охотник не сможет отступить назад или обойти его слева ему помешают скалы. Охотнику остается только три пути справа от него, над ним и через него.

Ничего не подозревавшее животное приближалось. Шеда поразили размеры небесного охотника — таких он еще никогда не встречал.

Огромный пузырь, отливающий малиновым цветом, был не менее сорока метров в ширину и ста метров в длину. Три водородные полости увеличивались и уменьшались, когда, почувствовав дуновение бриза, животное выбирало подходящую подъемную силу. Шестнадцать воздушных лопастей — по восемь с каждой стороны — развернулись назад, обнажая мощные черные мембраны, чтобы создать нужную тягу. Рыболовные щупальца свернулись под хряшевидными ребрами, защищающими живот от прыгучих морских хищников. Предщупальце с ядовитыми отростками, покачивающееся над пузырем, охраняло животное от нападения сверху. Глаза охотника — два озера жидкого янтаря, в котором сужались и расширялись черные зрачки, — светились интеллектом. Сердце Шеда забилось от страха и восторга.

Он завис на пути чудовища.

— Эй, небесный охотник! Я пришел, чтобы приручить тебя для создания братского союза между нами или умереть в бою.

Глаза животного посмотрели на Шеда.

Предщупальце ринулось к нему.

Выхватив меч, Шед принялся со свистом рассекать перед собой воздух. Этому он был обучен еще с детских лет. Шед хотел показать охотнику, что мог бы разрубить его щупальце пополам, но не пожелал этого сделать.