Читаем Фата-Моргана №4 полностью

Доктор Ситрук подошел к письменному столу и стал писать. Он не спускал глаз с Йбора, чтобы обезопасить себя от внезапного нападения. Даже если Йбор достаточно быстро вскочит со стула, все закончится его смертью, потому что доктор находился слишком далеко от него и у него было время поднять пистолет и выстрелить. Что-то подсказало Йбору, что у доктора Ситрука есть великолепная защита. Он стал ждать.

Доктор Ситрук вызвал охранника, отдал приказ и сказал, что он должен позволить Йбору прочитать его. Йбор прочитал приказ и кивнул. Охранник вышел.

— А теперь… — начал доктор Ситрук и замолк, потому что зазвонил телефон. Он снял трубку, стал слушать, прищурившись и наблюдая за Йбором, потом положил трубку на рычаг. — Может быть, вас интересует, — спросил он, — что девушку, которую мы взяли в плен, вырвали из рук охранников члены подполья?

— Не особенно, — произнес Йбор. — Это только… нет! — воскликнул он. — Это меня интересует! Это доказывает, что я говорил правду. Вы знаете, как разветвлено подполье, как оно могуче. Совершенно ясно, что произошло. Члены подполья знали, что я приду, проследили мой путь и арестовали меня. Они хотели пытать меня в подвале. А теперь они пытаются украсть бомбу. Если это им удастся, они смогут диктовать свои условия.

Это, может быть, звучало немного нелогично, но Йбор говорил как нельзя более убедительно. Доктор Ситрук задумчиво посмотрел на него.

— Они могут попытаться. К делу!

Теперь Йбор сам попал в свою паутину, сотканную из лжи. Он не знал способа управлять бомбой. Доктору Ситруку это было неизвестно, и он просто застрелит его, если Йбор зайдет слишком далеко. Йбор должен удержать его и выбрать благоприятный момент, чтобы сделать необходимое. Он может записать это в свой актив; если он выйдет наружу через эту дверь, он свободен. Итак, он должен выйти через эту дверь — и с бомбой. А у доктора Ситрука в руке пистолет.

— Начнем с реакции, — сказал Йбор.

— Контроль! — набросился на него доктор Ситрук.

Лицо Йбора затвердело.

— Не напирайте. От этого зависит моя жизнь. Я должен убедить вас, что знаю, о чем говорю, и я смогу это сделать, если начну описывать метод с самого начала. А если вы будете прерывать меня, тогда черт с вами!

Странное лицо доктора Ситрука пылало от гнева, который, однако, вскоре улегся. Он кивнул.

— Продолжайте!

— Кислород и азот не горят — если бы это было не так, любой огонь мог бы смести атмосферу этой планеты одним-единственным мощным взрывом. Однако кислород и азот горят, если их, например, нагреть до трех тысяч градусов, и при этом они выделяют энергию. Но энергии этой не хватит, чтобы поддерживать нужную температуру, — поэтому газы быстро охлаждаются, и огонь потухает. Если температуру искусственно поддерживать на этом уровне… ну, вам, конечно, знаком процесс получения окислов азота.

— Конечно, — ехидно подтвердил доктор Ситрук.

— Хорошо. Теперь при помощи урана-235 можно поднять температуру определенного объема окружающей материи там, где она… где мы хотим ее «сжечь» и получить энергию. Предположим, мы взорвали щепотку урана-235, окружающая материя тоже взорвалась, потому что она нагрелась до почти непредставимой температуры. Она быстро остывает; в течение примерно стомиллионной доли секунды она снова концентрируется вокруг точки взрыва. Потом проходит еще миллионная доля секунды, и температура падает на миллион градусов, а через минуту или около этого световое излучение снова достигает нормы. Это видимое излучение не составляет и стотысячной части видимого излучения при миллионе градусов — но оно во много раз ярче солнца. Верно?

Доктор Ситрук кивнул. Йбору показалось, что в этом кивке появились признаки уважения.

— Примерно так выглядит температурный цикл взрыва урана-235 и окружающей материи, доктор Ситрук. Я, конечно, очень сильно упрощаю, но нам и не нужно вдаваться в подробности. А теперь свое действие оказывает лучевое давление, физическое давление света длится лишь мгновение. Но давление света, исходящего от раскаленной до миллионов градусов материи, составляет тонны и тонны. Оно, как титанический шторм, обрушится на здания, и здания, поглотив эту чудовищную энергию, испарятся, даже не успев упасть. Верно?

Доктор Ситрук снова кивнул. Он почти улыбался.

— Хорошо, — продолжил Йбор. Теперь в своем рассказе он достиг той фазы, где мог только гадать, и у него не было никаких шансов продолжить это гадание во второй раз. — Что нам нужно — так это испаритель, что-то, что может снизить температуру окружающей материи. Таким образом, мы можем ограничить действие взрыва желаемой областью и не позволить разрушить города на другой стороне Катора. Способ изготовления испарителя зависит от точной механической структуры самой бомбы.

Йбор беспрепятственно встал и прошел через лабораторию к сосуду, в котором находилась бомба. Он не смотрел на доктора Ситрука; он не отваживался делать это. Разве ему позволят подойти к бомбе? Не пробьет ли его мозг пуля, которой он не увидит и не услышит, прежде чем он сделает следующий шаг?