Читаем Fata Morgana полностью

Много в жизни тропинок исхожено,Много в море промчалось валов,Было веры так много заложеноВ тайный смысл недосказанных слов;И для сердца так много все значило,Так манила далекая цель.А желанное счастье маячилоС побережий заморских земель…Были в сердце порывы горячиеИ надежды хмельное вино,Но за долгие годы бродячиеТак и не было счастья дано!Поздно ждать его сердцу мятежному:Вот, и белая прядь в волосах,А душа, на пути к неизбежному,Заблудилась в дремучих лесах…

«Как старый раб, весь век в каменоломне…»

Как старый раб, весь век в каменоломнеДробивший недра древних мрачных скал, —Беспомощный, бессильный, я упал…И, как огнем, всю душу обожгло мне!Я помню все: молился Красоте,Молил о чуде, как молили прежде,И отдал жизнь обманчивой надежде —Несбыточной, несбывшейся мечте…Мой час настал, и в сердце смерть стучится!Я притаюсь и не открою глаз:Я жду того — да, жду в последний раз! —Что не случилось, но могло случиться.

Ветер

Le moulin n’y est plus, mais le vent y est encore.

Когда-то там, к тому пригорку, —И неужели так давно? —Кончая жатву и уборку,Везли на мельницу зерно…Вращались крылья, зерна плыли,Стучали мерно жерноваИ были слоем белой пылиПокрыты люди и трава.Сегодня вновь я здесь… Но где жеВсе то, что помню с детских лет?Все заросло травою свежей,И мельницы знакомой нет!И сердце как-то вдруг сознало,Что всех потерь былых не счесть,Что, вот… и мельницы не стало,Что только прежний ветер есть…

Пленный лев

(Перевод стихотворения Джоффрей Вивиен: Нью-Йорк Таймс, Окт. 28, 1948)

Прутья решетки по небу проходят, мелькая…Лица за ними… И вдруг — мяса кусок кровяной.Там, где-то в памяти, смутные образы рая:Стебли высокой травы… озеро… огненный зной…

«Детство — греза, замуровывающая…»*[1]

Детство — греза, замуровывающаяДверь к безмолвию и сну,Радость жизни, околдовывающаяВерой в счастье и весну.Юность, душу одурманивающаяХмелем страсти в первый раз, —Только сказка, нас заманивающаяВолшебством влюбленных глаз.Зрелость, жемчуг лет растрачивающая,Только боль недавних ран,Горечь дум, сполна оплачивающаяПоздно понятый обман.Старость — сердце опечаливающиеГоды мудрости, а мы,К тихой пристани причаливающие, —Только дети вечной тьмы.

«Пусть волю нашу мы упорно…»

Пусть волю нашу мы упорноХотим свободной волей мнить.Пусть мним, что воля охранитьНас может силой чудотворной, —Мы только дерзкие рабы,Чей жребий, следовать покорноВ ночи за Факелом Судьбы…

Смерть Писарро (26 июня 1541 г.)*

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия