Читаем Фантастика-1972 полностью

— Привет троглодиту! — ACT в своих мерцающих тряпках был похож на привидение из германского замка. — Я думал, что ты хоть сегодня перестроишь эту пещеру. — ACT пошел к своей комнате, притронулся к стене и тотчас отдернул руку, — Ого! Горячая!

Антон пожал плечами.

— Ты перестраивал? Но почему все по-прежнему?

— Не подыскал подходящей модели.

— Подходящей модели? — Сын все еще дул на пальцы. — Да они все подходящие, и чем новей, тем лучше.

— Мне так не кажется.

— Ты отстаешь от времени, отец! — ACT ушел в свою комнату.

— Может быть, — вслух подумал Антон. — И черт с ним! Все равно мой дом лучше всех.

Он вспомнил своего отца и засмеялся. Теперь он чуточку понимает его — тот тоже не соглашался перестроить или обновить свой дом. Антон, тогда четырнадцатилетний мальчишка, уговаривал отца заменить хотя бы устаревший пенопласт виброгледом. В то время появились первые громоздкие дубликаторы Д., но старик отказался и от этого. Он к дубликаторам относился сдержанно, хотя сам был одним из создателей. Антон восторженно принял создание Д-4; возможность дублировать любую вещь, кроме органики, казалась чудом из чудес, и он не мог понять привязанности отца к старым вещам. Какой скандал разыгрался, когда он сунул в дубликатор нэцкэ и две лучшие фигурки из карельской березы, которыми отец особенно гордился, так как вырезал их около двух лет, а нэцкэ ценой невероятных усилий не то выменял, не то просто выклянчил у какого-то известного японского коллекционера.

Старик просто побелел, когда увидел на столе десяток совершенно одинаковых нэцкэ, среди которых самый совершенный анализ не нашел бы подлинную. Впрочем, теперь все они были подлинниками. А вокруг этой кучки стояла добрая сотня фигурок из карельской березы.

Антон тогда убежал из дому и долго шлялся по улицам, ожидая, когда гнев отца утихнет, но трещина между ними постепенно превращалась в пропасть, и через год Антон стал жить отдельно. К тому времени они окончательно перестали понимай, друг друга. Отец отказался установить в доме усовершенствованную модель Д-4.

Антон поселился в двухстах километрах от отца, дубликатор ему не полагалось иметь до шестнадцати лет, и на первых порах ему пришлось туго, так как он захватил из дома отца только картину “На дальней планете”, да и ту без спроса. Эту картину отец особенно берег, но и Антон любил ее не меньше. Черное небо, серебряная ракета на багровой земле и яростное лицо звездолетчика в термостойком скафандре. А вдали, похожий на мираж, огненный город какой-то немыслимой цивилизации.

Он редко бывал у отца, вдали от него женился и вырастил Аста.

С тяжелой головой Антон поднялся по звонку оператора и пошел в столовую. Из своей комнаты вышел, не глядя на него, ACT. Антон придвинул к себе соки и груду витаминизированных ломтиков, приготовленных киберповаром по указанию киберврача.

ACT брезгливо посмотрел на тарелку отца и принялся за свою протопищу. Антон, в свою очередь, старался не смотреть на отвратительное желе на тарелке Аста. Так в молчании прошел весь обед. Далеко не первый такой обед.

И снова Антон вспомнил отца. Точно так же держались и они перед окончательным разрывом.

После обеда Антон долго лазил в мастерской, гремел давно заброшенными инструментами, пока не отыскал коробку с гравиопоясом. Это чудесное достижение науки и техники появилось всего пятнадцать лет назад как окончательная победа над гравитацией, но быстро устарело, уступив место телепортации.

Антон обхватил тяжелым поясом талию и обнаружил, что он не сходится на целое звено. “Кажется, начинаем толстеть”. Он обеспокоенно потрогал складку на животе. Нужно вставить новое звено, тогда пояс сойдется, заодно увеличится и грузоподъемность.

Дубликатор выбросил гравитационное звено, и Антон пристегнул его к поясу.

До Журавлевки было далеко, пришлось взять обтекатель. Антон поправил пояс и взвился в воздух. С высоты птичьего полета город оказался красивее, чем ожидалось.

Антон распахнул обтекатель, укрылся за ним от пронизывающего ветра и взял курс на восток. Иногда ему попадались фигуры таких же путешественников, кое-кто обгонял его, но большинство летело к югу. Антон поджал ноги и увеличил скорость. Теперь встречные фигуры проносились как призраки, но Антон успел разглядеть, что все пилоты были его возраста и старше. Ну это и естественно. Антон невесело улыбнулся. Молодежь предпочитает пользоваться более скоростными средствами передвижения.

Подлетев к Журавлевке, он основательно замерз, стуча зубами, опустился возле знакомого дома и снял пояс.

По-видимому, отец не перестраивал свой дом ни разу. Антон огляделся. Да, все точно так же, только цветов вокруг дома стало значительно больше; вероятно, отец. отдает им все свое время.