Тем временем "Роза ветров" подошла вплотную к первой линии Корабельного кладбища. Притихшие корсары с опаской смотрели на проломленные борта и темные от времени палубы кораблей, которые были землей этого, наверное, самого странного острова Архипелага.

— Дэйзи, — нарушил я тишину. — Может, и впрямь — ну его сегодня? Время-то уже к вечеру, совсем скоро темнеть начнет. Вряд ли мы за это время трубу найти успеем.

— Ну, если сам Красавчик так сказал, то, конечно, не пойдем, — преувеличенно серьезно сказала Дэйзи. — Его-то мнение определяющее, именно он решает, куда и когда идти моей команде!

— Зря ерничаешь, капитан, — подал голос Тревис. — Красавчик, конечно, раздолбай, каких Архипелаг не видел, но не дурак и не трус, это мы уже знаем. Он дело говорит.

Команда молча слушала разговоры и ждала команды Дэйзи.

— Я не собираюсь никому ничего объяснять, — очень серьезно сказала она. — Шевелитесь, проклятые лентяи, время уходит. Сходни — на борт вон того корыта, Харрис, ты идешь с нами, возьми свою штурмовую группу, но оставь на борту человек пять. Чарли, ты тоже идешь с нами.

Харрис кивнул и начал отдавать команды. Дэйзи, глянув на него, довольно улыбнулась и продолжила:

— Тревис, остаешься на борту вместе со всем экипажем, корабль должен быть готов в любой момент отчалить. Насколько я помню со слов папаши, местная нежить не покидает пределов кладбища. Будь наготове каждую минуту.

— Есть, капитан, — грустно ответил Тревис. — Может, я с тобой все-таки?

— Мои приказы не обсуждаются, я смотрю, все это подзабыли порядком! — рявкнула Дэйзи. — Ладно Красавчик, у него в голове глина, но остальные-то?

Ну вот, опять мне прилетело. Эх, кабы не квест, притопил бы ее где-нибудь здесь тишком…

Сходни грохнули о гнилой борт когда-то, видимо, быстрой и грациозной каравеллы, на боку которой все еще читалось название "Нинья", выведенное витиеватыми буквами.

Пираты по одному переходили на палубу корабля, который стал для нас воротами в этот мир тишины, затхлости и остановившегося времени.

Дерево палубы скрипнуло под ногами, когда я ступил на борт "Ниньи".

— Не толпимся в одном месте, джентльмены, — сказал я. — Проломится палуба, все вниз ухнем, дружно!

Корсары разошлись в стороны, но держались недалеко друг от друга — им явно было не по себе. Одно дело — противник из плоти и крови, и совсем другое — неведомая угроза.

Я подошел к противоположному борту "Ниньи", и передо мной открылась мрачная и величественная картина царства морской смерти. Я видел сотни кораблей — карак, фрегатов, шлюпов, между которыми невесть кем и невесть зачем были переброшены мостки и протянуты веревочные лестницы. Каравелла как бы возвышалась над всем этим, давая возможность рассмотреть панораму Корабельного кладбища и задуматься: а надо ли туда идти, не лучше ли повернуть назад?

Дэйзи подошла ко мне, глянула на солнце, которое здесь светило как будто куда менее ярко, чем всего в одной миле отсюда, словно его лучи пробивались через некую дымку, и скомандовала:

— Все вниз, ориентир — вон тот фрегат. Не разбредаемся, не шумим и ничего не хватаем, если увижу — сама руки отрублю.

Я вздохнул и последовал за ней.

Глава 29,

в которой речь пойдет о прогулках по тем самым нехорошим местам

Впереди отряда шли несколько головорезов Харриса — крепкие и мускулистые корсары, истинные морские волки, не имеющие ни страха, ни принципов, ни чести, ни совести, но при этом фанатично преданные своему лидеру. На месте Дэйзи я вообще был бы поосторожнее с этим громилой, ведь если он отдаст вот этим самым бойцам соответствующий приказ, то ей перережут горло быстрее, чем она это осознает. Впрочем, это ее проблемы, а не мои. Мне теперь важно другое — найти подзорную трубу, отдать ее бомжеватому магу и понять, где находится нужный мне кусок ключа. Ох, вещует мне сердце, что он в каком-нибудь заповедном месте лежит, а то и вовсе на дне океана.

Дэйзи довольно уверенно шагала вперед, мы шли за ней, потихоньку спускаясь к основному скоплению старых судов, некоторые из которых, похоже, помнили не только исход богов, но и их пришествие, а то и более ранний период жизни тогда еще совсем юного Файролла. Например, сколько здесь стоит вот эта триера с развороченной кормой? Кто и куда на ней плыл?

Через какое-то время нам начали попадаться скелеты, застывшие на палубах в самых разных позах. Они лежали у бортов, сидели, обняв мачту, или даже сжимали костлявыми руками штурвалы.

На одном из кораблей мы увидели совершенно уж фантасмагорическую картину — на полуюте полусгнившего брига вольготно разместилась целая группа костлявых, причем создавалось такое впечатление, что они так и умерли, что-то обсуждая. Один был одет в треуголку, на другом был драный сюртук, череп же его венчала индийская чалма, третий облачился в какой-то невообразимый наряд из козьих шкур, на четвертом вообще была турецкая феска и почему-то львиная шкура. В общем — жуть. Один скелет, видимо, принадлежал юнге — он был меньше остальных, парню явно было лет пятнадцать или около того.