Вскоре после выхода в свет книги Бутца в Калифорнии был основан Институт исторических исследований, который стал выпускать журнал, ставший органом «ревизионистов». В 1980 и 1981 гг. институт предложил «премию» в размере 50 тысяч долларов тому, кто сумеет доказать, что нацистские лагеря смерти действительно существовали и что в них убивали евреев. Житель Лос-Анджелеса, переживший ужасы Катастрофы, потребовал деньги. Когда журнал отказался выплатить их, он подал в суд и выиграл.

В начале 80-х гг. французский профессор неонацист Роберт Фауриссон опубликовал книгу, где утверждалось, что Катастрофа – вымысел сионистов. Хотя в Освенциме было отравлено газом около полутора миллионов евреев, Фауриссон заявлял, что в этом лагере не было газовых камер. Его коллеги сочли эту книгу достаточным основанием, чтобы сместить его с занимаемого им в университете поста. Международная группа антисемитов выразила протест под тем предлогом, будто Фауриссон лишен академических свобод. На этом дело не кончилось. Американский университет опять-таки выставил бы вон любого профессора, который утверждал бы, будто негры в Соединенных Штатах никогда не были рабами. Среди лиц, выступивших в защиту Фауриссона, находился и американский еврей, известный лингвист профессор Ноам Хомский. Хотя многим выступление Хомского в поддержку неонацистов представлялось довольно странным, еврейских активистов это не особенно удивило. Хомский давно известен как антисионист и «самоненавидящий еврей» (см.). Поскольку Хомский настаивал, что его интересует лишь защита академических свобод французского профессора, то репортер газеты «Нью-Йорк таймс» Герберт Митган попросил его поподробнее прокомментировать точку зрения французского профессора. Хомский ответил, что не имеет ни малейшего представления обо всем, что связано с Катастрофой. Редактор «Нью рипаблик» Мартин Перец отметил, что «в вопросе о том, были ли убиты шесть миллионов евреев или нет, Хомский явно предстает агностиком».

В общей массе «ревизионисты» являются неонацистами. Они сознают, что массовое неприятие нацизма в значительной степени вызвано преступлениями нацистов против евреев и что «опровержение» самого существования Катастрофы может поэтому существенно ослабить антинацистские настроения. Но хотя «ревизионисты» заявляют, что Катастрофы никогда не было, их писания оставляют в душе каждого читателя четкое ощущение того, что авторы убеждены: евреи ее заслужили.

Некоторые арабские лидеры солидаризируются с «ревизионистами» в том, что сионисты придумали Катастрофу, чтобы обеспечить всемирную поддержку созданию еврейского государства.

В своем стремлении неонацисты руководствуются известным тезисом Гитлера: «Огромные массы людей легче верят большой лжи, чем малой». К сожалению, в настоящее время есть основания опасаться, что в ближайшие десятилетия у «ревизионистского» движения найдутся сторонники. С каждым годом все меньше жертв Катастрофы остается в живых, а к 2025 г. не останется практически никого. Поэтому еврейская община считает крайне необходимым уже сейчас зафиксировать воспоминания оставшихся в живых, чтобы в распоряжении будущих поколений была полная документация, связанная с величайшим в мировой истории преступлением.

200. «Никогда больше»

Когда евреи говорят: «Никогда больше», – то подразумевают, что они никогда больше не допустят повторения Катастрофы. Никогда больше – Освенцим, никогда больше – газовые камеры, никогда больше – убийство шести миллионов евреев.

К сожалению, нет гарантий, что это окажется под силу евреям, если к власти придет новый Гитлер. И все же лозунг «Никогда больше» в целом объясняет политическое поведение евреев после Второй мировой войны.

Ясно, например, почему так много евреев стали поддерживать сионизм после прихода к власти нацистов и особенно после Второй мировой войны. Они осознали, что государство, в котором всех гонимых евреев ждет радушная встреча, сделает возможность повторения Катастрофы маловероятной.

Принцип «никогда больше» объясняет и массовое движение в защиту советских евреев, развернувшееся в США в 1960-х гг. Американские евреи давно уже ощущали чувство вины за свою относительную пассивность во время Катастрофы. Теперь же они решительно настроились на то, чтобы евреи в свободном мире «никогда больше» не позволили себе сидеть спокойно, когда где-то евреев подвергают преследованиям (см. «Движение советских евреев»).

Мысль, выраженная в словах «никогда больше», помогает также понять, почему премьер-министр Израиля Менахем Бегин подверг в 1981 г. бомбардировке реактор в Ираке, предназначавшийся для производства ядерного оружия. Свой поступок Бегин объяснил тем, что видел – до тех пор, пока существует реактор, над населением Израиля будет висеть угроза, подобная той, которая исходила от Гитлера. И хотя значительная часть мира осудила действия Израиля, но практически никто из евреев: помня о Катастрофе, они не могли «никогда больше» позволить врагам, которые заявляют о своем намерении убить их, завладеть оружием массового уничтожения.