Читаем Еврейский мир полностью

Историк Лени Яхиль описывает малоизвестный эпизод, случившийся непосредственно перед бегством нацистов из Венгрии: «В последние дни, предшествовавшие освобождению Будапешта, Валленберг с помощью венгров и… еврейского совета сумел сорвать совместный план СС и венгерской организации «Скрещенные стрелы», предусматривавший взрыв гетто перед предстоящей сдачей Будапешта. В результате этого акта – единственного в своем роде в истории Катастрофы – спасено примерно сто тысяч евреев, находившихся в двух гетто».

198. Дания

Одним из немногих лучей света в темной ночи Катастрофы было поведение жителей Дании. Дания была оккупирована нацистами 9 апреля 1940 г. В первые годы оккупации членам небольшой общины из восьми тысяч человек разрешалось по-прежнему жить в своих домах. Однако в 1942 г. Германия решила включить Данию в свой состав, а в 1943 г. нацисты решили приступить к вывозу датских евреев в лагеря смерти. Весть об этом дошла до участников датского движения Сопротивления, которые решили вместе со всей страной спасти своих соотечественников-евреев.

Отношение датчан к евреям резко отличалось почти от всей остальной Европы, население которой или помогало отлавливать евреев, или оставалось безучастным к их судьбе. В Дании полиция отказалась участвовать в облавах на евреев. Король Христиан X заявил, что все граждане Дании одинаковы и ни у кого нет права относиться к датским евреям иначе, чем к любым другим гражданам. Легенда (хотя и не соответствовавшая действительности) гласила, будто король сам надел на себя желтый отличительный знак, который предписывалось носить евреям, и обратился ко всем датчанам с призывом последовать его примеру.

Что действительно удалось сделать стране – и это не миф, – так это переправить морским путем в Швецию по существу всю еврейскую общину. Во время Второй мировой войны Швеция была нейтральным государством и заявила о своей готовности принять всех датских евреев. Операция по их спасению продолжалась три недели, и когда 1–2 октября 1943 г. нацисты приступили к вывозу евреев, то обнаружили лишь около четырехсот человек, которые не успели бежать.

Эти четыреста евреев были отправлены в Терезиенштадтский концлагерь, но датчане продолжали предпринимать усилия, чтобы оказать им помощь. Правительство неоднократно требовало разрешения на инспекцию лагеря, и в конце концов Датскому Красному Кресту было разрешено посетить Терезиенштадт. Благодаря заступничеству своего правительства датские евреи не были переправлены из Терезиенштадта дальше, в Освенцим. Пятьдесят один человек из них умер в лагере по «естественным причинам» (ясно, что жуткие условия ускорили их кончину). Таким образом, во время Катастрофы погибло лишь два процента датских евреев – менее одной сороковой общего процентного показателя доли евреев, убитых на всей европейской территории. Когда по окончании войны датские евреи вернулись из Швеции, большинство нашли свое имущество нетронутым.

После войны Дания стала для евреев символом надежды и любви, страной «праведных неевреев». Когда мне исполнилось двадцать лет, я отправился в Европу, и первой страной, которую посетил, была Дания. Она была единственной в Европе страной, к которой я, уже подростком много прочитавший о Катастрофе, питал безграничную любовь. Многие другие евреи, которых я знаю, высказывали такое же чувство.

199. Ревизионисты Катастрофы

Катастрофа дискредитировала антисемитизм в большей степени, чем любое другое явление в истории человечества. До 1945 г. лишь немногие антисемиты испытывали подобие угрызений совести, открыто заявляя о своей ненависти к евреям. Газовые камеры, однако, вызвали такое отвращение к антисемитизму, что те, кто ненавидели евреев, должны были выбирать одно из двух: или называть себя отныне не антисемитами, а антисионистами (тактика, широко применявшаяся в мусульманском и коммунистическом мирах), или же попросту отрицать сам факт Катастрофы.

Поразительно, что, несмотря на обилие свидетельских показаний десятков тысяч оставшихся в живых людей, очевидцев и признаний тысяч преступников, растет число книг, брошюр и статей, доказывающих, будто Катастрофы никогда и не было. Чтобы придать своим публикациям научную видимость, авторы этих работ именуют себя «ревизионистами Катастрофы».

Многие из них действительно принадлежат к научным, кругам. Артур Бутц, профессор электротехники в Северо-Западном университете (расположенном близ Чикаго), написал «Мистификацию двадцатого века» – книгу, где приводятся «доказательства» того, что концлагеря были чисто трудовыми лагерями, что евреев там не убивали. Касаясь бесспорного резкого уменьшения числа евреев в Европе после 1945 г., Бутц заявляет, будто миллионы евреев были тайно приняты Америкой или СССР. Рассуждения Бутца, конечно же, столь же абсурдны, как заявления о том, будто негры в Америке никогда не были рабами, а эмигрировали туда добровольно, чтобы стать наемными слугами и работниками на фермах.

Перейти на страницу:

Похожие книги

27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка»
27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка»

Не важно, что вы пишете – роман, сценарий к фильму или сериалу, пьесу, подкаст или комикс, – принципы построения истории едины для всего. И ВСЕГО ИХ 27!Эта книга научит вас создавать историю, у которой есть начало, середина и конец. Которая захватывает и создает напряжение, которая заставляет читателя гадать, что же будет дальше.Вы не найдете здесь никакой теории литературы, академических сложных понятий или профессионального жаргона. Все двадцать семь принципов изложены на простом человеческом языке. Если вы хотите поэтапно, шаг за шагом, узнать, как наилучшим образом рассказать связную. достоверную историю, вы найдете здесь то. что вам нужно. Если вы не приемлете каких-либо рамок и склонны к более свободному полету фантазии, вы можете изучать каждый принцип отдельно и использовать только те. которые покажутся вам наиболее полезными. Главным здесь являетесь только вы сами.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэниел Джошуа Рубин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная прикладная литература / Дом и досуг
Тезаурус вкусов
Тезаурус вкусов

С чем сочетается ягненок? Какую приправу добавить к белой рыбе, чтобы получить оригинальное блюдо? Почему чили так прекрасно оттеняет горький шоколад? Ответы на эти вопросы интересны не только профессиональным шеф-поварам, но и новичкам, которые хотят приготовить вкусное блюдо. Ники Сегнит, в прошлом успешный маркетолог в сфере продуктов питания, решила создать полный справочник сочетаемости вкусов. «Тезаурус вкусов» – это список из 99 популярных продуктов с разными сочетаниями – классическими и менее известными. Всего 980 вкусовых пар, к 200 из них приводятся рецепты. Все ингредиенты поделены на 16 тематических групп. Например, «сырные», «морские», «жареные» и т. д. К каждому сочетанию вкусов приведена статья с кулинарным, историческим и авторским бэкграундом.Помимо классических сочетаний, таких как свинина – яблоко, огурец и укроп, в словаре можно встретить современные пары – козий сыр и свекла, лобстер и ваниль, а также нежелательные сочетания: лимон и говядина, черника и грибы и т. д.В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.

Ники Сегнит

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Абсолютный минимум
Абсолютный минимум

Физика — это сложнейшая, комплексная наука, она насколько сложна, настолько и увлекательна. Если отбросить математическую составляющую, физика сразу становится доступной любому человеку, обладающему любопытством и воображением. Мы легко поймём концепцию теории гравитации, обойдясь без сложных математических уравнений. Поэтому всем, кто задумывается о том, что делает ягоды черники синими, а клубники — красными; кто сомневается, что звук распространяется в виде волн; кто интересуется, почему поведение света так отличается от любого другого явления во Вселенной, нужно понять, что всё дело — в квантовой физике. Эта книга представляет (и демистифицирует) для обычных людей волшебный мир квантовой науки, как ни одна другая книга. Она рассказывает о базовых научных понятиях, от световых частиц до состояний материи и причинах негативного влияния парниковых газов, раскрывая каждую тему без использования специфической научной терминологии — примерами из обычной повседневной жизни. Безусловно, книга по квантовой физике не может обойтись без минимального набора формул и уравнений, но это необходимый минимум, понятный большинству читателей. По мнению автора, книга, популяризирующая науку, должна быть доступной, но не опускаться до уровня читателя, а поднимать и развивать его интеллект и общий культурный уровень. Написанная в лучших традициях Стивена Хокинга и Льюиса Томаса, книга популяризирует увлекательные открытия из области квантовой физики и химии, сочетая представления и суждения современных учёных с яркими и наглядными примерами из повседневной жизни.

Майкл Файер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Физика / Научпоп / Образование и наука / Документальное