После того, как женщина наклонилась, находясь, таким образом, в воде, и оказалась вся, целиком, вместе со своими волосами погруженной в воду один раз, она снова выпрямляется, поднимая голову над водой, обнимает себя обеими руками ниже уровня сердца, а глаза поднимает вверх и, все еще находясь в воде, произносит благословение: «Благословен ты, Господь, Бог наш, Царь вселенной, освятивший нас своими заповедями и заповедовавший нам погружение в воду». И сразу же после этого снова погружается в воду точно так же, как в первый раз, и после этого становится полностью чистой…»

Все это время «хозяйка миквы» наблюдает за ней со стороны, следя, чтобы погружение в воды миквы производилось по всем правилам и подтверждая этот факт криком: «Кошер!», то есть «Кошерно, правильно, зачтено!».

Когда она выходит из миквы, «хозяйка» желает ей счастливого пути и того, чтобы в эту ночь они с мужем всенепременно зачали сына, который станет знатоком Торы и светочем для народа Израиля.

Теперь ей осталось проделать путь назад, домой, причем так, чтобы по дороге не встретился инвалид, уродливый человек или – не дай Бог – не случилось что-либо неприятное: ведь такая встреча, отложившись в глубинах ее подсознания, может негативным образом сказаться на ребенке, которого они с мужем, возможно, зачнут в эту ночь.

А дома уже ждет ее за накрытым столом муж, доверительно сообщающий, что, несмотря на все трудности, он сумел уложить всех детей спать и этот вечер принадлежит только им. Как и грядущая ночь – ведь они оба так соскучились друг по другу!

Так это происходит в наши дни, так или почти так это происходило и тысячу, и две тысячи, и три тысячи лет назад.

Испокон веков жизнь традиционной еврейской семьи подчиняется этому вечному ритму, этому маятнику «отдаления-близости»: прекращение всяческих супружеских отношений, включая обычные ласки и поцелуи, в тот день, когда у женщины ожидается появление месячных, и она станет ритуально нечистой и запретной для своего супруга; затем – после прекращения месячных – отсчет семи «чистых» дней, поход в микву, «заповедная ночь» после нее, когда супружеские отношения являются обязательными, нормальная сексуальная жизнь в течение примерно 2–2,5 недель, и: снова дни отдаления…

Конечно, при всей абсолютности этих законов из них в особых случаях могут быть исключения. Например, существует очень небольшой процент женщин, которые могут забеременеть только в первую неделю после месячных, а именно на эти дни как раз и приходится отсчет «чистых дней». В этом случае – как и при бездетности по другим причинам – супружеская пара должна обратиться к раввину, который и вынесет заключение о том, как им следует себя вести – нередко, проконсультировавшись предварительно с врачом. К примеру, в виде исключения и только для того чтобы зачать ребенка, рав может разрешить паре сократить срок отсчета «чистых» дней до трех или пяти. Следует помнить, что появление в семье ребенка считается у евреев высшей ценностью и ради достижения этой цели, с точки зрения раввинов, хороши все средства, которые можно считать моральными, включая искусственное оплодотворение.

Великая сила воды

Заповедь окунания в микву, как и все другие, связанные с ней законы, считается одной из важнейших заповедей Торы и повторяется в ней неоднократно. Сначала она приводится в самой общей форме: «И к жене во время отстранения ее в нечистоте не приближайся, чтобы открыть наготу ее» («Ваикра», 18:19), а затем она конкретизируется в качестве утверждения наказания, которое должно за это последовать: «И если человек ляжет с женщиной в дни обычной болезни ее, и откроет наготу ее, за то, что он обнажил исток ее, а она открыла истечение кровей своих, да будут отторгнуты они оба из среды народа своего» («Ваикра», 20:18).

Наказание «отторжением из среды народа своего» называется на иврите «карет» и считается, по Торе, самым страшным из всех возможных видов наказаний. (Именно от него происходит русское слово «кара», заимствованное из иврита в период раннехристианской Руси. – Прим. автора.)