Читаем Это падение полностью

Нейт кладет табличку у ног, делает шаг вперед и притягивает меня для объятия. Он тихо смеется, и этот звук – самый прекрасный звук на свете – отдается в его груди. Нейт чмокает меня в макушку, и мы идем на выход.

С его губ не сходит улыбка, и через каждые несколько шагов он бросает на меня взгляд. Несколько раз Нейт делает глубокий вдох, словно собираясь заговорить, но так и не произносит ни слова.

– Полет прошел хорошо, спасибо, – наконец прерываю я молчание, когда мы подходим к лифтам. Поддразниваю его, но еще хочу покончить со странной неловкостью между нами.

– Здорово. Рад, что тебе помог старина Нил. – Нейт придерживает дверь спиной, пока я закатываю в лифт чемодан. Когда двери лифта закрываются, он мгновенно оказывается передо мной, обнимает мое лицо ладонями и накрывает мои губы своими. На миг замирает, проверяя реакцию, и, ощутив мою улыбку, целует по-настоящему. Поцелуй ласков и нежен. И Нейт тихо стонет, мягко прихватив мою верхнюю губу зубами.

– Проклятье, – отступает он от меня, слизывая со своих губ мой вкус.

На следующем этаже в лифт заходят два человека. У меня учащается пульс. Зайди они секундой раньше, застукали бы нас с Нейтом. Понятное дело, что это всего лишь поцелуй и многие целуются на людях, но до Нейта я целовалась только у школьных шкафчиков, под трибунами, на крыльце у родителей и в спальне Джоша.

– Ну что, мисс Вонючка, куда тебя отвезти? – подмигивает мне Нейт с улыбкой, постукивая пальцем по своей табличке.

– В отделение трансплантации. Я готова… стать мужчиной, – не поведя и бровью, отвечаю я.

Нейт прикрывает глаза, сдерживая смех. Этот раунд я выиграла. Парочка в лифте выглядит шокированной.

Мы покидаем аэропорт, выезжаем на шоссе и через пару миль Нейт снова съезжает с дороги, чтобы остановиться у закусочной с вывеской «Луковые бургеры Такера». Живот сразу отзывается голодным урчанием.

– Подумал, что на обед тебе пакетика орешков будет маловато. Ты не против?

Он все еще осторожничает, зная о том, как я чувствую себя в людных местах, и от его заботы мое сердце пропускает удар. Я киваю, улыбнувшись, и приглушаю урчание живота ладонями.

Нейт берет меня за руку, как только мы выходим из машины и встречаемся за капотом, и не выпускает ее, пока мы не устраиваемся в кабинке, расположенной в дальнем углу закусочной. На наших подносах лежат исполинские бургеры, от одного взгляда на которые текут слюнки.

– Всегда хотел попробовать такой. – Нейт двумя руками подносит здоровенный гамбургер ко рту и откусывает кусок. – Оу-у-у-у-у, как фку-у-у-уфно-о-о-о…

Я сижу, уставившись на него. Зная, что сейчас в нем нет ни малейшего притворства. Нейт не играет, как в тот раз, когда мы говорили с ним с набитыми едой ртами. Он такой, как есть, и ему комфортно со мной. У меня сводит желудок, но я не могу оторвать от Нейта взгляда, поэтому пробую свой собственный бургер, только когда Нейт поглощает еще два громадных куска.

– Ух ты, вкуснота-а-а. – Выпавший у меня изо рта ломтик лука приземляется на подбородок. Смущенная – в чем никогда не признаюсь, – пытаюсь ухватить его, но Нейт сам вытирает мне подбородок салфеткой и наклоняется поцеловать.

– В октябре сюда на турнир приедут мои родители. Папа… эм… загорелся посмотреть, как ты играешь, – сообщаю я, ковыряясь в картошке фри и бросая на Нейта короткие взгляды.

– Правда? – слегка хмурится Нейт.

– Ага.

На несколько минут воцаряется тишина, и я мысленно пинаю себя за это «ага». Затем Нейт откидывается назад и, вытянув руку, смотрит на меня.

– Вынужден спросить. Ты не из чувства вины вынудила родителей приехать сюда и познакомиться со мной?

И мысли такой не было, но реакция Нейта понятна. Придется постараться и убедить его, что я так же, как и он, готова сделать в наших отношениях шаг вперед.

Запив бургер содовой, отодвигаю поднос в сторону, кидаю на него салфетку и разворачиваюсь лицом к Нейту.

– Нет. На осенние каникулы я сама должна была приехать домой. Так задумывалось раньше. – От волнения меня бросает в жар.

– До того, как я вызвал у тебя чувство вины из-за того, что ты не хочешь знакомить меня со своими родителями?

– Нет. До того, как я осознала, как сильно не хочу быть вдали от тебя, – отвечаю я, глядя ему прямо в глаза.

На его лице расцветает улыбка.

– Оу, – шепотом слетает с губ.

– Ну и папа погуглил тебя, – поддразниваю я Нейта, желая разрядить напряженность.

– Да что с вами такое, народ? Одно киберсталкерство на уме.

Нейт относит наши подносы и у двери снова берет меня за руку. У машины открывает для меня дверцу, дожидается, когда я сяду, и мягко закрывает ее, словно я важна – важна для него.

Нейт

Я поцеловал ее трижды, и она ни разу не возразила. В первый раз – чмокнул в макушку, второй раз – поцеловал ее в лифте, и в третий раз – в процессе поедания самого обалденного гамбургера в моей жизни.