Читаем Если нет полностью

…Но образ России трехслоен(Обычай химер!),И это не волхв и не воин,А вот, например.Представим не крупный, не мелкий,А средней рукиКупеческий город на стрелкеРеки и Реки.Пейзаж его строгий и слезный —Хоть гни, хоть ломай.Не раз его вырезал ГрозныйИ выжег Мамай.Менял он названия дважды —Туда и сюда,А климат по-прежнему влажный:Вода и вода.Теперь он живет в запустенье,Что год – то пустей:Засохшая ветка на стеблеТорговых путей.Зимою там горы сугробовИ прочих проблем,И книжная лавка для снобовВ них тонет совсем.Там много сгоревших строений,Больших пустырей,Бессмысленных злобных старений —Что год, то старей,От мала, увы, до велика,Чтоб Бога бесить,Там два предсказуемых ликаУмеют носить:Безвыходной кроткой печалиИ дикости злой.Они, как сказал я в начале, —Поверхностный слой.Но девушка с местных окраинС прозрачным лицом,Чей облик как будто изваянАнтичным резцом,Собой искупает с избыткомИсторию всю —С пристрастьем к пожарам, и пыткам,И слезным сю-сю.Красавица, миру на диво, —Сказал бы поэт,Который тут прожил тоскливоЧетырнадцать лет.Все знает она, все умеет,И кротко глядит,И в лавке для снобов имеетБессрочный кредит.И все эти взятья Казаней,Иван и орда,Недавняя смена названийТуда и сюда,Метания спившихся ссыльных,Дворы и белье —В каких-то последних усильяхРодили ее.В каких-то немыслимых корчах,Грызя кулачки…Но образ еще не закончен,Хотя и почти.Я к ней прибегу паладином,Я всё ей отдам,Я жизнь положу к ее длиннымИ бледным ногам.Она меня походя сунетВ чудовищный рот,Потом прожует меня, плюнетИ дальше пойдет.

Если нет

Перейти на страницу:

Все книги серии Весь Быков

Маруся отравилась. Секс и смерть в 1920-е. Антология
Маруся отравилась. Секс и смерть в 1920-е. Антология

Сексуальная революция считается следствием социальной: раскрепощение приводит к новым формам семьи, к небывалой простоте нравов… Эта книга доказывает, что всё обстоит ровно наоборот. Проза, поэзия и драматургия двадцатых — естественное продолжение русского Серебряного века с его пряным эротизмом и манией самоубийства, расцветающими обычно в эпоху реакции. Русская сексуальная революция была следствием отчаяния, результатом глобального разочарования в большевистском перевороте. Литература нэпа с ее удивительным сочетанием искренности, безвкусицы и непредставимой в СССР откровенности осталась уникальным памятником этой абсурдной и экзотической эпохи (Дмитрий Быков).В сборник вошли проза, стихи, пьесы Владимира Маяковского, Андрея Платонова, Алексея Толстого, Евгения Замятина, Николая Заболоцкого, Пантелеймона Романова, Леонида Добычина, Сергея Третьякова, а также произведения двадцатых годов, которые переиздаются впервые и давно стали библиографической редкостью.

Коллектив авторов , Дмитрий Львович Быков

Классическая проза ХX века

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия