— Хидзимэ Сампо. Наш менеджер.

Я хотел задать еще какой-то вопрос, но тут сообразил, о ком речь.

— Ладно, — согласился я. — Минуточку подождите.

Я снова повернулся к писсуару, расстегнул молнию и отвел душу.

17

Ребята разъезжали в белом подержанном фургоне размером с телефонную будку. Само собой, на борту — здоровенный логотип «Тигров». Присмотревшись, я понял: это логотип вовсе не «Хансинских Тигров», а точная его копия с надписью «Хамские Тигры». И на свитерах точно так же.

Мы все загрузились в фургон. Самый большой парень сел за руль, я вместе с остальными втиснулся сзади. Как только мы сели в машину, парни сгрудились перед зеркалом заднего вида, пихая и отталкивая друг друга, спеша разглядеть синяки на своих личиках. Точь-в-точь девчачий туалет вечером выпускного бала.

— У меня нос не распух, Тэсио?

— Он и так у тебя всегда распухший.

— По крайней мере у меня по лбу не ползет мохнатая гусеница! — высокомерно парировал тот.

Тэсио оттолкнул приятеля, полез в карман и я увидел, как что-то блеснуло в темноте. Только я собрался выбить у него нож, как понял: это вовсе не оружие. Парень включил электрическую бритву и принялся обрабатывать собственную физиономию. Он выбрил дорожку между бровями, а приятель его тем временем понемногу закипал.

— Вот, — сказал Парень с Бритвой, выключая прибор. — Теперь у меня с бровями все в порядке, а твой нос по-прежнему выглядит, как маска тэнгу.120

Парень с Бритвой раскрыл рот, чтобы посмеяться, и прямо в открытую пасть ему угодила струя лака для волос. Он поперхнулся и начал отплевываться, а Носатый сидел себе спокойно, придерживая контейнер аэрозоля.

— Эта гадость воняет! — завопил еще кто-то из парней.

— Сам ты воняешь!

— Кончайте, тупицы! — посоветовал водитель. Парень с Бритвой плюнул на пол и смерил Носатого злобным взглядом. Носатый ответил ему тем же.

— Неплохо, — похвалил я. — Из вас, ребята, выйдет лучшая труппа комедиантов со времен «Токийских Шок-Парней».121

— Мы не комедианты, — возразил Парень с бритвой. — Мы — музыканты.

— Впечатляет. На чем вы играете?

— Я пою, — сказал он.

— Мы все поем, — подключился Носатый. — И все танцуем. И все представляем. «Хамские Тигры» станут круче СПАМа.

Аббревиатура СПАМ означала «Супер-Популярная Агрессивная Музыка». Это была не группа, а товар, посменно работавшая труппа сверхпопулярных артистов, вознесшая конвейерное искусство на неслыханную высоту. У них имелся собственный брэнд жевательной резинки, собственное ночное шоу-варьете, собственная компания видеоигр, и при этом они ухитрялись раз в два месяца выпускать новый альбом.

— Санта сделает из вас звезд, да?

— Не называйте его так, — попросил водитель. — Не смешно.

Я только вздохнул. Ребятишки бросили школу и погнались за мечтой, а в итоге неуклюже похищают людей по приказу своего, с позволения сказать, импресарио. Долго ли продержатся «Хамские Тигры», прежде чем с поджатыми хвостами вернутся к реальности?

Впрочем, кто знает? Вдруг через полгода магазины будут завалены «экшн»-фигурками «Хамских Тигров», с большими носами и бровями-гусеницами.

Водитель сунул в стерео диск и выкрутил громкость до упора. Грохот хип-хопа заполнил маленький автомобиль, какой-то противный парень начал скандировать японский рэп: мол, его всю жизнь гоняли родители, учителя, копы, система, а теперь не понимает даже его девушка, его истинная любовь, крошка и зайка. Наплевать, говорил он, это закаляет, а чтобы выжить, нужно закалиться.

Я огляделся. Ребята не качали головами в такт, не притоптывали ногами. Для этого не хватало места. Все мои спутники уставились на разноцветные огоньки, проносившиеся за окном. Мы мчались по шоссе к расплывавшимся в мягком зимнем свете огням Сибуя.

Фургон «Хамских Тигров» заехал в парковочный гараж на холме, возле здания 109. Ребята хотели воспользоваться лифтом, но я помешал: предупредил, что от скоростного перемещения по вертикали могут образоваться морщины. Поверить они не поверили, но мы все равно поднялись по лестнице.

На седьмом этаже мы свернули и пошли по длинному коридору с приглушенным освещением. В конце коридора была стеклянная дверь с надписью: «Взлетная Полоса Талантов Продакшнз» — футуристическим шрифтом, который уже казался устаревшим. За дверью — сплошная тьма.

Один из прекрасных тигров нажал кнопку, и дверь, громко забибикав, отворилась. Я вошел и услышал, как дверь захлопнулась за моей спиной. Обернулся — Тигры стояли по ту сторону и тупо глядели на меня сквозь стекло. Или изучали свой профиль, как в зеркале? Славное получилось бы групповое фото для прессы.

— Слышь-ты слышь-ты слышь это же Билли Чака!

Я снова повернулся и в темноте пошел на голос.

Лунный свет проникал сквозь щели вертикальных жалюзи на большом окне. Вернее не лунный свет, а неоновый, от сотен электрифицированных реклам, чей отблеск полыхал в небе над станцией Сибуя. Луна не выдерживала конкуренции.