Читаем Эра беззакония полностью

Через полчаса он плелся по расцвеченой витринами Тверской. Вечер не разделял пьяной радости окружающих. Трепал резким ветром флажки и гирлянды. Накрапывал нудным дождем. По тротуарам сновала, суетилась и жаждала удовольствий толпа, но вечер был солидарен не с ней, а как раз с Калмычковым. Созвучным погоде, одиноким и скучным подполковником милиции.

Миновав Пушкинскую площадь, зашел в кафе «Пирамида». Заказал выпить и закусить, а пока курил в ожидании. Народу было много, но все какой-то мирный народ. Пьют, едят, смеются. Никто никому в рожу не лезет со своими аргументами. Научились отдыхать, что ли? В Питере проще.

Его внимание привлек щебет четырех девчонок за соседним столиком. Кофе, пирожные, бутылка шампанского на всех. Но шуму-то, шуму. Он не вслушивался специально, но то и дело в уши лезло:

— Ой, девки!.. Вчера Ленку встретила, бывшую одноклассницу. Представляете, устроилась сниматься в сериалах! С телевидения не вылазит…

— В каких снялась?

— Я не запомнила. Она называла, говорит — их чуть не сотнями пекут. Только успевает с площадки на площадку перебегать. В массовках, в эпизодах…

— А я в клубе троих из «Дома-2» видела. Алену со Степой и новенькую…

— Удивила! Я Собчак видела…

— Скоро кастинг объявят. На новую «Фабрику»…

Калмычкову принесли коньяк, салат и бутерброды. На некоторое время он отвлекся от чужих разговоров. Разве, что краем уха. Но, когда допивал кофе, удивился про себя, что за сорок минут девчонки ни разу не «съехали» с темы. Болтали только о том, что видели по телевизору.

Он расплатился и вышел. Гулять надоело, и он спустился в метро. Через двадцать минут был уже в гостинице.

Не спалось категорически. Промаялся до пяти утра и уснул с включенным телевизором. Кошмаров, слава Богу, избежал. Если не считать выраставших до огромных размеров девчонок из кафе, делавших ему непристойные предложения, танцевавших стриптиз, но почему-то нырявших в телевизор размером с бассейн, как только он протягивал к ним руки. Раз за разом.

Разбудил Калмычкова телефонный звонок. Полковник Пустельгин испуганным голосом интересовался: не случилось ли чего? Калмычков спросонья что-то промычал, а когда разглядел, который час, в ужасе простонал:

— Анатолич! Прикрой, дорогой! Сейчас приеду. Проспал!..

Часы показывали полдень, и ясный день за окном был тому подтверждением.

«Проспал! В Москве!.. Совещание у Бершадского в двенадцать».

Когда Калмычков робко протиснулся в дверь генеральского кабинета, совещание уже закончилось. Бершадский, Пустельгин и незнакомый Калмычкову полковник склонились над бумагами.

— А, Калмычков. Предупреждать надо, когда выполняете распоряжения питерского начальства, — генерал Бершадский на минуту оторвался от бумаг. — Хорошо, Пустельгин в курсе. Обошлись без вас.

Калмычков присел у стены, поскольку ближе не приглашали. Через пару минут на рабочем столе Бершадского зазвонил телефон. По тому, как он рванул к трубке, стало ясно, что звонит начальство. Пока генерал навытяжку стоял перед телефоном и отвечал только короткими: «Так точно!» и «Никак нет», Пустельгин зашептал:

— Ты даешь, Николай! Бабы подвели?

— Какие бабы? Проспал! Не пойму, как…

Генерал закончил говорить и вернулся на свое место. Лица на нем, как писали раньше, не было.

— Все, дообсуждались! Давайте ваш доклад, Пустельгин. Вызывают к министру!

В двух словах обрисовал положение:

— В десять утра министр давал праздничную пресс-конференцию. Журналисты, вместо того, чтобы поинтересоваться успехами, начали копаться в дерьме. Особенно, спрашивали про волну самоубийств. Министр, естественно, ни сном ни духом. Глупо все!.. Такие огрехи обязаны вырезать, а они в эфир в двенадцатичасовых новостях запустили. Как специально!.. Короче, министру звонили из Администрации Президента. Ждут объяснений. Министр ждет объяснений от прихлебателей. А те, суки, перевели стрелки на меня. Что я расскажу министру, господин Калмычков!?

«При чем здесь директор бани? — подумал Калмычков. — По здешним меркам, я даже для «стрелочника» мелковат. Генерала найдут. Неужели Бершадский не понимает, какая сильная у него позиция? Единственный в министерстве не обошел вниманием это дело. Даже подставился под гнев замминистра. Еще бы результатов!..»

— Я думаю, правильнее доложить как есть, — ответил Калмычков. — Питерский ГУВД вторую неделю ведет активную работу. Министерство в лице вашего Управления возглавило розыскные мероприятии в масштабе страны. Если бы не пассивность отдельных структур, уже имелись бы результаты.

— Не учите меня развешивать лапшу по ушам вышестоящих. Я этим с детства занимаюсь. — Конечно, генерал уже имел в голове макет доклада. — Что нового накопали за сутки?

— Анализируется информация из регионов, товарищ генерал. В Питере ничего существенного.

— Это я и без вас знаю. — Генерал обратился к незнакомому полковнику: — Нашли закономерность, Стеценко?