Читаем Эпиграмма полностью

Хоть каламбур не мой кумир.

Пред каламбуром устою ли?

«Октябрь» за май придет в июле

И будет стар, как «Новый мир».

Трудно поверить, что кто-то за свою жизнь не слышал или не прочитал ни одной эпиграммы. Первые русские эпиграммы не были конкретизированными и порой напоминали коротенькую басню. Они были обезличенными и являли собой некий собирательный образ.

Вот, к примеру, начало эпиграммы на Е. Баратынского:

И только по тому, что упоминается воинское звание Баратынского, впоследствии исключенного из Пажеского корпуса, можно догадаться, о ком идет речь.

Очень часто писали: «Тайному советнику К*» или «На В.Ф.Т.»

Впрочем, совсем не удивительно, что конкретные имена не назывались, поскольку за такими стихами мог последовать вызов на дуэль.

Но писались и эпиграммы не по адресу какого-либо лица, эпиграммы философские, так называемые собирательные. Вот пример такой собирательной эпиграммы — перевод с шотландского:

Не менее выразительна и эпиграмма советского времени, правда написанная Львом Халифом уже в американской эмиграции:

За такую эпиграмму можно было получить срок. И весьма странно, что за «невинное» четверостишие С. Маршака на закрытие двух газет «Кубанская земля» и «Кубанская воля» у автора не было серьезных неприятностей:

Расцвет советской эпиграммы пришелся на 1920-1930-е годы. Затем был спад, ввиду уже упомянутого резко негативного отношения властей — боялись доносов. Во время Великой Отечественной войны процветали антифашистские политические эпиграммы, порой исполнявшиеся на немудреный мотив.