Читаем Эльфийский клинок полностью

Они слушали ещё долго, но не могли ничего понять в этих смутных, сбивчивых отрывках. Голос то принимался вещать об отрядах каких-то местников, то о коре чёрного дерева Нур-Нур (ни хоббит, ни гномы сроду не слыхали ни об этих отрядах, ни об этом дереве), то о лебединых кораблях, что должны прибыть в какое-то место… Фолко обливался потом от усилий понять, что же происходит за дверью, и лишь ощутив, что у него ум заходит за разум, прекратил бесплодные попытки.

– Нам этого здесь не разгадать, – хрипло прошептал Торин. – Это какая-то тайна Башни. Живой так вряд ли будет говорить… А потому давайте займёмся тем, что есть. Вот ход, прорытый незнамо кем. Давайте выясним, куда он ведёт.

Гномы с большим трудом оторвали от двери упорно не желавшего отходить от неё хоббита. Поминутно оглядываясь и по-прежнему слыша в ушах этот мягкий голос, Фолко поплёлся вслед за друзьями.

У пролома их окликнул начавший тревожиться Древобород. Торин крикнул в ответ, что они идут по следу, и попросил энтов ждать на этом месте, а если они задержатся – то разрывать тоннель и идти вслед за ними.

Подземный ход был прорыт на скорую руку, без креплений, низкий потолок грозил обрушиться в любую секунду; они медленно пробирались вперёд, всё время пытаясь понять по оставленным на полу следам, что за существа побывали здесь. Они видели полузасыпанные опадающим сверху песком отпечатки крупных ног, обутых в тяжёлые сапоги, – по размеру и очертаниям больше всего похожие на человеческие, но один раз мелькнул и широкий след орочьего башмака. С этого мгновения Торин удвоил внимание.

Подкоп тянулся долго, очень долго, пока наконец не вывел их в малоприметную ложбину между двух взметнувшихся в небо отвесных скальных стен. В щели были вбиты грубо откованные крючья, на которых ещё болтались обрывки верёвок. Сомнений не было – именно здесь неизвестные спустились с гор и, не привлекая внимания энтов, зарылись в землю. На траве остались следы давнего кострища.

Друзья исползали поляну вдоль и поперёк, но единственное, что они смогли сказать, когда, запыхавшиеся и перемазавшиеся, уселись покурить, было то, что здесь побывали люди и орки – два месяца назад. Они нашли обрывки одежды, сломанный нож, молоток с треснувшей рукояткой – вещи, сделанные как людьми, так и орками.

Обратно они возвращались по поверхности и вскоре вновь подошли к Ортханку. Древобород встретил их вопросами; они как могли рассказали об увиденном. Старый Энт нахмурился.

– Спустились со скал… Ну что ж, второй раз им это не удастся!

Он повернулся к остальным энтам и что-то неторопливо заговорил на своём языке, похоже, отдавая какие-то распоряжения.

– И тут тоже пусто, – досадливо бросил Торин, вновь набивая трубку. – Поди пойми! Был тут этот «хозяин», или просто лихие люди шарили… Я, конечно, думаю, что это всё-таки он. Ну некому больше из людей сюда лезть!

– Я бы не говорил так, сразу за всех, – заметил Малыш. – Фолко, а ты что молчишь?

Хоббит действительно думал о чём-то своём, неотрывно глядя на острые грани и узкие оконца Башни Сарумана. Голос! Голос внутри. Что это может быть? Кто засел там, за непробиваемыми стенами? Внезапно он ухватил Торина за руку.

– Давайте влезем внутрь, – прерывающимся от волнения голосом предложил он.

Гномы уставились на него широко раскрытыми глазами.

– В уме ль ты, брат хоббит? – начал было Торин, но Фолко перебил его:

– А голос?! Неужели вы забыли голос в Башне?! Что за дерево Нур-Нур? Что такое Тропа Соцветий, и куда она ведёт? Кто этот Единственный? Мы стоим у края тайны, которой не обладает никто из Смертных, – неужели ж теперь трусливо отвернём?! Надо рискнуть, надо проникнуть в Ортханк!

– А дверь его мы, очевидно, прогрызём собственными зубами? – фыркнул Малыш. – Ты же сам рассказывал, что в Ортханке Саруман был неуязвим и даже смог бы противостоять Девятерым! Нет, ты ответь мне, как ты туда пролезешь?!

– Через окно! – ни минуты не раздумывая, ответил Фолко. – То, что над балконом. Нужно закинуть кошку, я влезу и скину вам верёвочную лестницу.

– Ты хочешь войти в эту Проклятую Башню? – прогудел над ними удивлённый голос Старого Энта. – Хуум-хом, корни и сучья! Небывалое дело!

– Но ты ведь поможешь нам, Древобород? – обратился к нему Фолко.

– Всем, чем только смогу, но только чем именно?

– Скажи, ты не знаешь, все ли бойницы Ортханка заперты изнутри?

– Хуум, откуда мне знать? Но я скажу, что кое-какие из них не выдержали ударов камней, когда мы только вошли в Исенгард и пытались развалить Ортханк. Энты тогда забросали окна камнями, и я сам видел, как ставни на многих не выдерживали. Так что, – он лукаво усмехнулся, – пожалуй, этим-то я смогу вам помочь. Отойдите-ка!

Друзья поспешно отбежали в сторону. Древобород не торопясь нагнулся, выбрал среди валявшихся повсюду каменных глыб одну, не очень большую, величиной в рост гнома, примерился, взвесил её в ладони, а затем вдруг как-то согнулся, с резким шумным выдохом распрямился – камень со свистом пронёсся вверх и ударился точно в оконный проём, окутавшийся пылью и мелкой каменной крошкой. Раздался звонкий удар.