Ник Перумов

Эльфийский клинок

Вместо предисловия

Прошло три века, как Фродо и все главные герои «Властелина Колец» ушли за Море. В Средиземье жизнь текла старым руслом, но люди обходили хоббитов стороной. И вот однажды…

Наверное, нет такого читателя, кто не придумывал бы для себя продолжения любимой книги. Ник Перумов, молодой петербургский автор, пошел дальше — он такое «продолжение» написал.

Впервые на русской почве, на русском языке родилось произведение, корнями своими уходящее во «вторую» реальность, в художественную ткань чужого произведения. И шаг этот можно трактовать как еретический, с одной стороны, а с другой — как свидетельство живой любви.

«К вечеру затянувшие все небо тучи неожиданно разошлись, алый солнечный диск, точно в перину, опускался в вечерние туманы, слившиеся у горизонта с лёгкими воздушными облачками. Наступал тот короткий час в летние хоббитанские вечера, когда день ещё не до конца уступил место ночным теням, но очертания всех предметов приобрели таинственную расплывчатость…»

Мы вошли в мир «третьей» реальности, если первой считать наше объективное существование, а второй — «Властелина Колец» Толкина. В нём кроме известных читателю персонажей живут новые — хоббит Фолко, происходящий из рода Мериадока Великолепного, к которому однажды постучал в дверь гном Торин (тоже славного рода), ищущий Красную Книгу; человек Олмер, золотоискатель из Дэйла — личность сначала неоднозначная и загадочная, а потом и вовсе мрачная и трагическая; гном Малыш — товарищ по путешествию и так далее и тому подобное.

Итак, продолжение? Или новое самостоятельное произведение? При всей своей возможной некорректности вопрос этот важен, причём не только для предисловия (даже если оно «вместо»), поставить произведение в контекст современной фантастической литературы, понять, как соотносится «Кольцо Тьмы» Ника Перумова и «Властелин Колец» Толкина для осмысления самого произведения.

Здесь — несколько уровней решения, и они взаимообусловлены. Во-первых, пласт религиозный.

Трилогия Толкина — произведение не только написанное католиком, но и католическое по сути, так как все оно — расширенная метафора активного человеческого служения в рамках с явно выраженными полюсами Добра и Зла, и герои Толкина — Фродо в частности — делают ОСОЗНАННЫЙ выбор опасного и тягостного пути служения Добру (Богу), зная, что этот путь может привести их к собственной гибели. Но собственная гибель лишь печальная, но ступень для торжества СЛУЖЕНИЯ. «Смертию смерть поправ…»

Здесь — другое. «Кольцо Тьмы» Перумова — произведение, не обусловленное ни религиозной идеей, ни религиозным чувством. Употребляю специально неловкую формулировку «нерелигиозный», а не атеистический, поскольку грань между этими понятиями есть, автор не атеист, а скорее еретик, как еретичен образ действия Прометея, например, по отношению к Зевсу и Олимпийцам. Эта безрелигиозность обусловливает и бунт в случае с Олмером, и неосознанное служение, подчинённое богу в себе в случае с Фолко. Эта безрелигиозность, которая тем не менее Бога где-то подразумевает, как Нечто и Некто, кому бросается вызов, определяет всю суть поведения Олмера, поскольку именно он в романе — носитель конфликта, а Фолко, его, если хотите, хронист, оппонент и хранитель традиции. (Не зря именно он — связующее звено между героями «Властелина Колец» и «Кольца Тьмы», именно ему является во сне Гэндальф, он видит умертвий в Могильниках и т. д.)

Но прежде чем подробнее остановиться на этой оппозиции, перейдём на следующий уровень взаимоотношений «Властелина» и «Кольца», уровень литературный.

Да, по отношению к «Властелину» роман Перумова — «предприятие дочернее», плоть от плоти. Однако если в использовании уже созданного мира (топография и география, топонимика, народонаселение и т. д.) Перумов действительно находится во «второй» реальности Толкина, то в построении художественной структуры произведения он совершенно самостоятелен. Он создает не «мифологию», не эпос, к которому тяготеет Толкин, а роман, то есть на смену определённой синкретичности художественного образа Толкина приходит дискретность, конечность романа, поэтому ни о каком продолжении, заимствовании и т. д. речи идти не может.

Это два самостоятельных произведения, и даже не родство образов объединяет их, а жизнь «второй» реальности, длящаяся во времени.

А в отношении появления в «Кольце Тьмы» некоторых героев Толкина, то сколько их, носителей определённого смысла, появилось на страницах романов, пьес и повестей ХХ века. И вряд ли кому придёт в голову даже поднимать вопрос о заимствовании, смотря или читая «Троянской войны не будет» Ж. Жироду, хотя все персонажи пьесы — герои гомеровского эпоса. Кроме того не стоит забывать, что после выхода в свет «Властелина Колец» в литературе родилась просто новая земля — «фэнтези», и Перумов, своеобразно, но работает в законах этой литературы.