— Надо будет его из города выманить, — решила Эйта. — Тут мне проще разговаривать с ним будет.

— Прежде чем что‑то делать, тебе сил набраться надо, — строго заявил Улеб. — А до тех пор, забудь обо всём.

— Хотела бы забыть, да не могу, — вздохнула Эйта.

— В любом случае, сначала здоровье тебе поправим, а потом станем решать что делать.

С этим девушка согласилась, какой из неё мститель, коли ноги не держат. Вот восстановит силы, и тогда берегись, Третьяк.

Часть 18

Солнышко высоко светило над возводящейся деревней Новоделкой, старое её название Поляновка люди вспоминать избегали. Много лет не жил тут никто, разрушились дома, заросли травой и деревьями поля, и теперь всё это надо было поправить. Траву скашивали, деревья выкорчёвывали, а дома ставили новые. Часть изб построили ещё в прошлом году, и там уже жили люди, но большая половина деревни была ещё не достроена. Звонко стучали молотки, чуть глуше — топоры, а рядом, осыпая всё вокруг светлой стружкой, повизгивали рубанки. Строители перешучивались, кто‑то насвистывал себе под нос, а кто‑то не стеснялся и горланил песни что есть мочи.

— О, смотрите, — один из строителей кивнул на появившуюся на главной улице молодую светловолосую девушку. — Эй, красавица, не меня ли ищешь? — закричал он и рассмеялся. Девушка посмотрела на крикуна и пошла дальше, рассматривая остовы домов, осторожно обходя сваленные в кучу брёвна и доски.

— Ну куда же ты? — разочарованно воскликнул крикун.

— Смотри, опоздал ты, — мужчину толкнули в бок товарищи. — Ядрей посноровистее оказался, — мужчины громко рассмеялись. — Эй, Ядрей, куда тебе ещё одну? Нам оставь хоть кого‑нибудь.

— Эй, красавица, — дружинник князя Стриги догнал идущую по селу девушку, которая показалась ему такой знакомой. — Ты ли это?

— Здравствуй, Ядрей, — улыбнулась Эйта. — Не ждала тебя тут увидеть.

— Да я тебя тоже, — мужчина почему‑то смутился. — Я тут это… князь приказал… Колдуны сказали, чисто тут, нет никого.

— Я знаю, — кивнула Эйта. — Давай отойдём, поговорим, — она направилась к небольшой речушке, протекавшей через деревню.

— Рад, что ты в порядке, — Ядрей шёл чуть позади. — Я ведь навестить тебя ездил, когда стройку начать решили, подумал, знать тебе следует. Только на месте дома твоего…, — он запнулся.

— Пепелище, — закончила за него Эйта. — Знаю, сожгли мой домик.

— Кто ж осмелился?

— Кто осмелился, тот ответит, — пообещала Эйта. — Скажи мне, Ядрей, многим ты обо мне рассказывал?

— Ну рассказывал, — дружинник силился вспомнить. — А что, нельзя было?

— Не в том дело, — Эйта опустилась на корточки у самой кромки воды и опустила ладонь в реку. — Убить меня кто‑то хочет, вот и пытаюсь я понять, откуда опасности ждать.

— Ты что, зачем мне тебя убивать? — воскликнул Ядрей.

— Не шуми ты, — шикнула Эйта. — Я тебя и не обвиняю. Просто мне знать надо, кто и что про меня знает.

— Ну, не скрывал я, что лесная колдунья меня вылечила, — подумав, ответил мужчина. — Да и Родослава, наверное, рассказать что‑то могла.

— Нет, — Эйта покачала головой. — Родослава меня настоящую не видела, она старуху описывать будет.

— Какая ты есть, я никому не говорил, решил раз показываться не хочешь, значит причины на то есть, — уверенно сказал Ядрей.

— Вот за это спасибо, — девушка улыбнулась. — Скажи, а подробностей твоего визита ко мне никто не выпытывал?

— Так чтобы выпытывал, нет вроде. Колдуны интересовались, что было, ну и ребята в дружине.

— А колдуны с чего интересовались?

— Наверное, ревность профессиональная, — улыбнулся Ядрей. – Расспрашивали, что в деревне этой было, а потом Третьяк бурчал, что домой надо было ехать, а не в лес переться.

— Третьяк, — повторила Эйта.

— Третьяк — колдун старший в Угорске, — пояснил дружинник. — Вот он спрашивал какая ты, — мужчина вопросительно посмотрел на колдунью.

— А ты? — спросила она.

— А я сказал, женщина в летах, чем лечила не знаю, откуда мне травы знать, я же не ведун.

— А он?

— А что он? Пожурил, что я о лечении подробно не расспросил, и всё.

— Повезло тебе, — тихо сказала девушка, но Ядрей услышал.

— В чём повезло?

— Да так, — Эйта повернулась к нему и улыбнулась. — Ты уж сделай милость и дальше обо мне не говори никому.

— Я‑то не скажу, но тут же колдуны работают, они сразу тебя почувствуют.

— Об этом не беспокойся, то моя забота, просто не сказывай, что раньше меня видел, и всё. А колдунов много тут?

— Один кто‑то всегда есть, меняются они. А что?

— Да просто, — Эйта снова постаралась как можно невиннее улыбнуться. — А у Третьяка когда смена будет?

— Третьяк здесь не бывает, старый он уже, — удивлённо ответил Ядрей. — А на что тебе Третьяк?

— Рассказывали мне о нём, познакомиться хочу, — соврала Эйта.

— Так в город езжай, — воскликнул дружинник. — Здесь ты его не дождёшься.

— Придётся, видимо, — Эйта задумалась. Значит, Третяк боится. Знает, что сюда она наперво придёт.

— Как звать тебя? — спросил вдруг Ядрей. — Я ведь тогда и не спросил.

— Умила, — назвалась Эйта именем, данным ей «братцем».

— Тебе подходит, — улыбнулся Ядрей. — Скажи, а не знаешь, куда все призраки отсюда делись? Они ведь были?