Читаем Эйта полностью

— Как же я её брошу? Там же вещи твои. Тут во дворе пасётся. Только я расседлать её боюсь, сумки‑то ты заговорила.

— Точно, — кивнула девушка. — Помоги мне на улицу выйти, я на солнышко хочу.

— Мне кажется, тебе рано ещё вставать, — несколько нерешительно запротестовал оборотень.

— С сумок заклятие сниму, — слабо улыбнулась Эйта, — Но солнце мне всё равно нужно, силы оно даёт.

— Тогда да, тогда давай я тебя сам отнесу. И деньги я потом тебе все верну, — смущаясь добавил он.

— С чего б это? — удивилась Эйта, обхватывая шею Улеба. — Не думай ты о деньгах, у меня их достаточно.

— Денег много никогда не бывает, — поучительно сказал оборотень, вынося девушку во двор. — Тут скромно всё, — он снова смутился. — Но это единственный двор, где собак не было.

— Хорошо что не было, — согласилась Эйта. Она расколдовала свои сумки и достала оттуда кошелёк с монетами. – Вот, возьми.

— Хозяйке я ползолотого за месяц пообещал, но часть уже отдал, у меня было немного.

— Значит, отдай остальное, а это пусть всё равно у тебя будет, мало ли на что ещё деньги понадобятся, — Эйта расположилась на старательно расстеленном для неё на земле одеяле. Улеб присел рядом.

— Я хозяйке сказал, что ты мне сестра, что зовут тебя Умила. Настоящего имени решил не называть, а ну как тот колдун всё ещё тебя ищет.

— Умила, — кивнула Эйта. — Красивое имя.

— Мою настоящую сестрёнку так зовут, — улыбнулся оборотень. — Что до колдуна, то тут рядом стройка большая идёт, там несколько колдунов крутится, но все молодые.

— А что за стройка?

— Деревня тут в паре вёрст есть, она заброшенной стояла много лет, её люди проклятой называют.

— Поляновка?

— Ты знаешь? — удивился оборотень.

— Я родом оттуда, — пояснила Эйта. — Значит, заселить её решили?

— Да, хозяйка наша сказывала, что село это никто много лет не беспокоил, опасно это было, а прошлым летом вдруг приехал князь с дюжиной колдунов, порядок наводить. Сказывала ещё, что колдуны дюже ругались, потому как работы для них не оказалось, а платить за просто так князь не стал. В общем, строить ещё в прошлом году начали, в этом продолжают. Я бы там поработал, но колдуны…, — Улеб вздохнул.

— К колдунам не суйся, убьют и разговаривать не станут, — поддержала его Эйта.

— А ты чего усмехаешься? — поинтересовался оборотень.

— Да так, — Эйта вздохнула. — А ведь я просила Ярослава деревню эту не трогать, — она задумалась. — Дюжину колдунов набрали, где нашли только?

— А куда все призраки делись из Поляновке той? — осторожно спросил Улеб. — Забегал я раз туда, еле ноги потом унёс, призраков там было несчесть.

— Призраки те к отцу Небу ушли, как им и полагается, — ответила Эйта. — Хотя Ярослав и утверждал, что невозможно это после стольких лет.

— А от чего умерли люди? — спросил Улеб и пояснил. — Дарила мне кое‑что порассказала.

— Кентавры их всех убили, — Эйта снова помрачнела. — Надо мне колдуна найти, чтобы выяснить за что поляновцев всех вырезали.

— Так кентавры или колдун? — не понял мужчина.

— Рассказали мне, что у кентавров в то время колдун гостил заезжий и, похоже очень, что без него резня эта не обошлась, — Эйта рассказала Улебу всё, что узнала у Быстрогородских кентавров.

— Матушка Земля, — покачал головой оборотень. — Это ж кем надо быть чтобы сотворить такое? И как же жить потом с ношей такой на душе?

— Неплохо, видимо жить, — брови Эйты непроизвольно сошлись к переносице. — Колдуна того Третьяком называли, Третьяком же зовут колдуна, что у князя Стриги служит.

— Думаешь, это он? — удивился Улеб. — Мало ли на свете Третьяков.

— Колдун Третьяк у князя Еремея гостил, — продолжила Эйта. — Как раз в то время, когда уехала я.

— Погоди, — Улеб понял к чему она вела. — Старый колдун? — девушка кивнула. — Да он…, Оборотень аж задохнулся от возмущения. — Он это.

— Вот и мне кажется, что это и есть тот Третьяк, который мне нужен.

— Скажи, а кто‑нибудь знал, что ты из Поляновки? — спросил Улеб.

— Нет, — покачала головой колдунья. — Но Еремей знал, что я сирота, старой колдуньей пригретая. Хотя погоди, кажется, Лебеди и Ярославу я говорила, что их Поляновки родом.

— Тогда понятно, почему он тебя убить пытался, — кивнул оборотень. — Он догадался, что ты выжила. А раз выжила, то лишнего рассказать можешь. К тому же ты ведьма, а это опаснее, чем если бы просто девкой была. Лешего и русалок он убил, чтобы тебе, коли вернёшься, рассказать про его расспросы ничего не могли, а шкатулку с тварью той оставил в надежде на любопытство твоё. Умно рассчитано.

— Только он не знал куда я поехала, — согласилась с другом Эйта. — Да и знал бы, что я в Быстроград подамся, обрадовался б, живой оттуда вернуться я не должна была.

— Это почему?

— В Бытрограде деревня целая кентавров, — пояснила Эйта. — Я туда мстить за родных ехала. Только это не те кентавры оказались. Но среди них был один, что отсюда родом. Когда отец его мать мою с отцом убивал, он ещё ребёнком был, — девушка сжала зубы. — Он‑то и рассказал князю своему про колдуна.

— Такое не предусмотришь, — кивнул Улеб. — Но что же мы теперь делать будем? Третьяк этот теперь настороже наверняка.