Читаем Эйта полностью

— Дорогу ты кому‑то перешла. Колдун, что дом твой сжёг, сначала всё о тебе у русалок да Лешего выспрашивал, откуда, да какого рода, а потом…, — мужчина прикусил губу. — Смеяну мою он убил. Она болтушка, ты же знаешь. Он кормил её хорошо, шутил. Мне сразу это не понравилось, нет, не потому что я ревновал, хотя и это тоже, но с чего бы вдруг такой интерес и щедрость? А потом он её убил.

— Ты видел? Какой он, колдун этот?

— Нет, сам я его не видел, — покачал головой оборотень. — Мне Смеяна рассказать успела. Он не раз тут появлялся. В первый раз появился в тот день, когда ты уехала, с князем Еремеем приехал. Уехали они тогда ни с чем, но вот колдун этот вернулся вскоре. Один вернулся, и выпытывать начал о тебе. А когда узнал всё, что хотел, и Лешего порешил, и половину озёрных обитателей. Всех, с кем общался или кто его слышать мог. Будто следы заметал.

Улеб вопросительно посмотрел на Эйту, но та ничего не понимала. Что до неё какому‑то пришлому колдуну? Или, — она аж задохнулась от догадки. — Лебедь ведь говорила, колдуна князь Еремей хотел взять. Вот он и взял, и сюда приехал чтобы от неё избавиться, ну конечно, она же угрозой князю была. Но Леший? Вот это в голове не укладывалось совершенно. Эйта ещё могла понять убийство водяной нечисти, русалок, утопленников и мавок нигде не жаловали, но убить лесного владыку… Да кому это вообще в голову придти может? И ведь Лешего просто так не убьёшь, тут подготовиться надо, а значит не случайно это.

— Я ничего не понимаю, — покачала головой Эйта. — Поеду к князю Еремею, ответа потребую. Он, может и князь, но разве ж можно так колдунов своих распускать?

— Это не Еремея колдун, — покачал головой Улеб. — Не любит князь колдунов.

— Но как же? — растерялась Эйта. — Ты же сам сказал, с Еремеем он приезжал.

— В первый раз да, — согласно кивнул оборотень. — Но был я в городе. Не оттуда он. Колдун этот, дело своё чёрное сделав, в другую сторону пошёл, в земли брата Еремея, в Угорское княжество.

— Вот как? — удивилась Эйта.

— Да, я по запаху его проследил, — пояснил мужчина. — Хотел бы я ему глотку перегрызть за Смеянушку мою, но одному мне не справиться. В городе не один колдун, да и ведунов несколько, меня там засекут сразу. Но отомстить я всё одно хочу. Поможешь?

— Мог бы и не спрашивать, — кивнула Эйта. — Пошли, — она собралась было подойти к лошади, но тут заметила небольшую резную шкатулку под лопухами, в том месте, где раньше сараюшка с дровами стояла. — Что это? — Эйта подошла и внимательно посмотрела на находку.

— Это не моё, — сказал оборотень.

— И не моё, — отозвалась Эйта. — Сдаётся мне, это тот самый колдун весточку нам оставил. Ты читать умеешь?

— Немного, — ответил Улеб. — А может не надо открывать?

— В такой маленькой шкатулке большой беды не спрячешь. Проклятия я на ней не чувствую, да и не заговорена она вовсе.

— Ой, Эйта, — покачал головой мужчина. — Просто так такие вещи в лесу не бросают.

— А может он её не бросил, а потерял? — предположила колдунья и опустилась на колени. — Отойди в сторонку, коли боишься, — она взялась двумя руками за крышку и медленно открыла её. Шкатулка была пуста. Не было и внутри ни заговора, ни проклятия какого. Эйта дёрнула плечом, ей показалось что по руке скользнуло насекомое какое‑то, она скосила глаза и поняла, что показалось.

— Пусто, — сказала она удивлённо.

— А колдовство? — Улеб вытянул шею чтобы получше рассмотреть

— Да нет ничего, я же сказала, — Эйта нахмурила брови. — Если он её потерял, то пустой шкатулка быть не должна.

— И если специально подбросил, то тоже странно что нет ничего, — поддакнул Улеб.

— Надо ещё как следует всё осмотреть, — решила Эйта. — Вдруг ещё что найдём.

— Да не раз я уже всё тут обходил, — вздохнул Улеб. — Правда, шкатулки этой не видел, — тут же честно признался он.

— Давай ещё раз вместе посмотрим, — предложила Эйта и они стали внимательно осматривать пепелище, заглядывая под каждый кустик и лист лопуха.

— Что‑то устала я, — Эйта тяжело вздохнула и потрясла головой, будто пытаясь стряхнуть усталость. — Ничего мы больше тут не найдём. Надо ехать.

— Ты езжай, а я впереди побегу, — сказал Улеб. — Только осторожнее будь, лошади меня боятся, кабы не скинула.

— Уж не хотелось бы, — девушка потёрла больное плечо. Улеб отошёл подальше и перекинулся в волка. Эйта успокоила лошадь и направила её в лес, в сторону родного села. Она проехала совсем немного, а чувствовала себя так, будто три дня в седле провела без продыху.

— Что с тобой? — спросил внезапно появившийся Улеб. — Ты здорова?

— Ты как…? — Эйта не заметила ни как он в человека оборотился, ни как подошёл. Голова закружилась и девушка медленно сползла с седла.

— Да что с тобой? — Улеб едва успел подхватить Эйту.

— Плохо мне, — девушка встала, но ноги не держали.

— Я говорил, не открывай, — простонал Улеб. — Заколдованная была шкатулка.

— Не было там магии, — возразила Эйта. — Мне поспать немного, и я буду в порядке.

— Эйта, не спи, — Улеб затряс девушку за плечи. — Нельзя тебе спать. Нечисто что‑то в недомогании твоём.