Читаем Еглеоп полностью

— Уже отказался. Но будет понятнее, если ты перестанешь говорить загадками.

— Грегор, я не желаю враждовать с советом еще сильнее. Есть причина не обсуждать, и тут я с ними солидарен. — Фуго покосился на недовольную мину собеседника. — Мара, ведь, то же самое тебе сказала про испытание. В любом случае необходимо подготовить девушку. Причем именно сейчас, слишком многие о ней уже знают. И мой тебе совет, не оставляй ее без присмотра. Ни на минуту.

Грегор еще некоторое время смотрел на влажную траву, после исчезновения Фуго, пока его не окликнули приближающиеся Леант с Фролом.

— Это вы в лесу представление устроили? С нашей стороны все тихо было, а напротив чуть не деревья с корнем рвались.

Гений физики молча махнул рукой, предлагая следовать за ним. Когда они вернулись в столовую, девушка все еще лежала на полу. Рита и Момо сидят друг напротив друга, отбросив игру в кошку с собакой.

— Сказал что-нибудь вразумительное? — Рита повернула голову к вошедшим.

— Как обычно. Любитель давать советы. — Грегор прошел к Яне, проверил дыхание, — Но если и он не смог удержать, можем проколоться там, где не ждали. Какого хаоса, ее действия отразились в Еглеопе?

— Хаос страдает. — Момо как завороженный продолжает пялиться в пол. — Я слышал эти слова.

— На каждом пиру. По сотне раз.

— Мой утрилл. Его способности резко возросли. А потом он совершенно обезумел, хотя, такого, как она, и не вытворял. Пришлось сдать в лечебницу. Так вот, он стал повторять эту фразу перед тем, как окончательно съехать с катушек.

— Может, то бесы все? — Фрол робко подал голос от двери. — Они про ваш беспорядок талдычили.

— Когда?

Пристальные взгляды в полумраке заставили бородача съежиться.

— Так второго дня. Только я от них на чердаке-то заперся, он у меня надежный. Я шаману говорил, он посмеялся, сказал, духам моя борода не нравится.

— Почему МЫ ничего не чувствуем?

Вопрос плотно повис в воздухе.

Стекло метровой толщины не мешает любоваться светом звезд. Под прозрачной полусферой, сотворенной одним выдохом гигантского стеклодува, царит вечный полумрак. На глянцевом черном полу можно часами рассматривать отражения мерцания светил, под куполом нет ничего, что могло бы помешать своей тенью, кроме круглого, по пояс человеку, постамента в центре. Двенадцать прямых линий на нем делят внутреннюю часть поверхности на равные сектора, ломаясь под прямым углом достигнув внешнего кольца, служащего панелью.

На панели ни одной кнопки или рычажка, оператор просто водит пальцами над поверхностью. Меняются оттенки. Центральный экран в ответ строит изображение городских улиц, с двигающимися людьми. Оператор отвлекся, когда купол за ним начал терять четкость. Резко развернувшись, широким шагом направился прочь от пульта, навстречу надвигающейся мраморной площади.

— Нет, Леант, тут так лучше не делать. Остановись.

Нерахри на краю площади удивленно развел руками.

— Тогда я сам перейду.

— Нет, нет, ты не понял, это собьет настройки. Не трогай эту реальность.

Площадь отдалилась на метр.

— Что в ней такого особенного?

— Она материальна. В смысле, у нее есть копия в Еглеопе, когда в одной что-то меняется, сложно настраивать, подожди, я перейду к тебе.

Мостик из серо-коричневого грунта вырос в пустоте, невысокий жилистый мужчина с раскосыми глазами и собранными в пучок на затылке смолистыми волосами уверенно проследовал к Леанту. Они замерли друг напротив друга, слова не нужны, жесты тоже. Старые друзья умеют понимать и без этого, время не в силах изменить их связь.

Леант заговорил первым, кивнув в сторону купола.

— Они соединены? Что за хитрое устройство позволяет так делать?

Ю Лиан довольно улыбнулся.

— Леант, единственное устройство, способное на такое — я сам. Но есть недостатки, приходится приходить сюда раз в сутки и перенастраивать.

— Ты добровольно обрек себя на такое скучное существование?

Сочувственный тон архитектора не вяжется с хитрыми огоньками в глазах.

— Да уж повеселее, чем сидеть в одиночестве. Но ты прав. Пятьдесят три года без перерывов, и меня тошнит от всего, что требует хоть какой-то деятельности.

— Выкинь все, пусть приборами пользуются. Или ворон посылают.

— Знаешь, я скоро сойду с ума от раздвоенности, и оно само выкинется. Но есть соображения по поводу автоматизации процесса. Пока на людях тестирую. Они довольны.

— Не сомневаюсь. Должны же вы были чем-то подсластить им бытие муравья.

— Ой, Леант, не начинай. Ты сейчас заведешь разговор, о том, что все должны жить среди красоты. В этом мире тоже есть эстетика. Минимализм и практичность отлично сочетаются.

— Ты сам-то пробовал пожить в этом «минимализме»? Зачем вы согнали людей так плотно?

— Оптимизация. Контроль. Быстрее внедряются технологии, мы наблюдаем, анализируем, направляем. Чем больше информации, тем объективнее мы оцениваем возможности людей.

Леант громко хмыкнул, скривив губы. Не первый раз затрагивают тему. Эпохи меняются, проблема та же.

— И чем можешь похвастаться?

Ю Лиан уселся на каменную скамью. Ответить особо нечего, все слова давно были сказаны не один раз.