Читаем Эдуард Стрельцов полностью

И старший тренер М. И. Якушин также сообщил о некой излишней «скученности» своих футболистов в центральной зоне. При этом англичан похвалил: те действовали «широко и открыто». Ещё все отметили голкипера Пшеничникова, виновного лишь в первом голе, а потом сыгравшего «по-яшински», — и, что особо характерно, Игоря Численко, выдавшего «матч жизни». Ещё бы: чемпионам мира на их «Уэмбли», вратарю Бенксу, признанному первым номером на недавнем первенстве планеты, забить два (!) красавца гола!

А Стрельцов-то что? Некоторые сообщили: разочаровал. Ещё была передача — на гол, если по совести, но не использованная Банишевским на 17-й минуте. Затем вовсе вроде как ужалась наша атака до маленького проёма в центре, куда и не пробиться, так вроде?

Смею утверждать — нет. Для начала — Численко не проходил бы чемпионскую оборону столь качественно как раз по центру или по месту полусреднего, если бы не замучил англичан непрерывными перемещениями Стрельцов. Кроме того — и это, пожалуй, основное — старый верный партнёр Валентин Иванов насчитал как минимум пять решений Стрельцова, которые были недопоняты товарищами по сборной.

В общем, закончился тот поединок ничьей. Как сложились бы дела полтора года назад, сведи их жребий (быть может, в финале?), — никто не скажет. Хотя советского арбитра Тофика Бахрамова, который зафиксировал «фантомный» гол британцев, на тот решающий матч не назначили бы однозначно. А конечные 2:2 есть 2:2. Пятьдесят на пятьдесят. И всё-таки маленький грузик на нашей стороне оставался бы. Придумал бы что-нибудь тогда, в июле 66-го, Эдуард Анатольевич. Обязательно.


* * *


Сейчас же придётся вернуться к заявленной неудобной и неприятной теме одиночества. Прямо скажу: она сложна и многонасыщенна. К тому же печатные издания реагировали на происходящее непосредственно, сразу. Отреагировать через 20, 30, 40 лет не имелось возможности. Да и правду сказать: полетело недавно грозное, равное киевлянам, «Торпедо» вниз по турнирной лестнице. Вот две цитаты из «Советского спорта». В. Березовский рассказывает о домашнем (1:2) поражении от бакинцев: «У Денисова часто отбирают мяч защитники “Нефтяника”, Михайлов же был инертен. Стрельцов чувствовал себя одиноко». 22 ноября М. Мержанов развил тему: «Стрельцов не может найти нити, связывающие его с фланговыми партнёрами. Ни молодой Шалимов, ни Михайлов не понимают ветерана, а он не понимает их». И, наконец, приговор: «Тандем Э. Стрельцов — В. Щербаков не оправдал надежд. Хитрость скрытых передач Стрельцова (которыми, считаю, он иногда злоупотреблял) во многих случаях оставалась загадкой для его молодых партнёров», — делает вывод (на мой вкус, скороспешный) Григорий Пинаичев в «Футболе» от 25 декабря.

Однако, если по персоналиям, особенно с прицелом на будущее, можно спорить, то факт остаётся фактом: команда «Торпедо» 1966 года сдала прошлогодние высоты. Наиболее рельефно одногодичная разница проявилась в финале Кубка СССР, где москвичи встретились с «масловскими» киевлянами.

«Не секрет, — отмечал Л. И. Филатов в «Футболе» от 13 ноября, — что у торпедовцев в роли премьера выступает Э. Стрельцов... В этом матче лидер торпедовцев слишком часто был прижат своими же партнёрами к воротам киевлян. Те редкие мгновения, когда москвичам удавалось создавать реальные угрозы воротам противника, как раз были связаны с рейдами Стрельцова из глубины».

Кубок украинским триумфаторам был отдан безоговорочно, но вдумайтесь: «...прижат своими же». О какой командной игре можно потом рассуждать?

Нет, В. С. Марьенко, побывавший, как и В. А. Маслов, в Англии, приехал с новыми идеями и попытался донести их до подопечных. Так, 4 сентября (знаменательная дата — запомним) автозаводцы в стиле чемпионов мира-66 сыграли без правого крайнего нападающего. Кто знает, что удалось бы, коли Виктор Семёнович ещё хотя бы год поработал... Однако тот сезон был, как ни печально, завершающий для тренера чемпионов СССР 1965 года. Развернуться с экспериментами не получилось.

Увольнение В. С. Марьенко было одним из двух предопределивших торпедовское отступление факторов. Крутое, по обыкновению, зиловское руководство ожидало неизбежных успехов и в следующем, послечемпионском сезоне. На то же, видимо, рассчитывали и футбольные обозреватели и корреспонденты. Право слово, так уж хороша была команда — и в аэропорту после чемпионства 65-го работяги встречали ночью, и литавры, и трубы, и праздник вечный. А тут ещё целый Стрельцов собственной персоной возвратился!

Притом о состоянии того же Батанова или Иванова никто как-то не задумывался. И то, что молодёжь надо растить, что всему здоровому и полезному надобно помогать. Когда же праздновали да встречали — никто о смене и не размышлял: кто ж в праздник о грустном вспомнит? Хотя тот же Маслов каждый раз, от души порадовавшись, в новый год смотрел. Очень увлекался дублем собственной команды; с этого и украинцев начал строить в 64-м. Московский автозавод был выше той прозы жизни. Результат — налицо. И не на один год.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука