Читаем Джоби полностью

Приятели побрели по улочке, мимо крикетного поля. По краю поля, отделяя его от улицы, узкой полоской тянулась вереница деревьев вперемежку с косматыми кустами бузины. Редкое из этих деревьев не хранило на своих ветвях, почти до самой вершины, следы их рук и ног; из-за этих кустов не однажды совершались отчаянные кавалерийские набеги на территорию неприятеля. За дальним концом поля вечернее солнце, слепя глаза, пылало в окнах Манор-лоджа, большой каменной усадьбы, некогда частного владения, отданного ныне под рабочий клуб. Если сощуриться, то даже издали разглядишь, как на веранде, мирно покуривая трубки и потягивая пиво, сидят старики, а на лужайке, за густыми, низко подстриженными кустами бирючины, склоняясь к шелковистому дерну, катают шары те, кто помоложе. Люди, которые строили Манор-лодж, знали, что делали: с веранды, обращенной на юго-запад, взгляду открывался простор за широкой долиной реки Колдер. К востоку и западу виднелись фабрики, заводы, но здесь фабричные трубы можно было пересчитать по пальцам одной руки – лишь там и сям курились терриконы, вспарывая зеленые волны холмов, катящихся к Пеннинским горам.

Обтекая крикетное поле, городок выплеснулся на луга, заполонив их на три четверти краснокирпичными муниципальными домами. Мальчики обошли их по старой тропинке, протоптанной через луг к широкому проселку, ведущему на мост над глубокой впадиной, по которой через Крессли, мимо вокзала на Трафальгарской улице, проходила железная дорога на Блэкпул.

Ватага ребят их возраста расположилась на мосту; одни топтались в пыли, а двое сидели на каменном парапете, над тридцатифутовым провалом.

– Гэс Уилсон со своей компанией, – сказал Джоби.

Мальчики остановились на обочине проселка.

– Только этих здесь не хватало, – сказал Снап. Он терпеть не мог Гэса за то, что тот не давал ему прохода насмешками. Да и никто особенно не любил Гэса, и все же он неизменно ухитрялся верховодить оравой мальчишек-сверстников.

– И что теперь делать?

– Все равно время позднее, – сказал Снап. – А тебе поздно гулять не разрешают…

– Но они нас уже заметили. Если повернем назад, подумают – испугались.

– Да я что, – сказал Снап. – Лично я не боюсь Гэса Уилсона.

– И я не боюсь. – Раз Снап позволяет себе отступить от истины, почему же нельзя ему?

– Так идем?

– Идем.

С самым независимым видом друзья направились к мосту, откуда за их приближением следил Гэс Уилсон, который восседал на парапете и, широко разведя колени, постукивал палкой по чугунным плитам. Все здесь им были хорошо знакомы, однако слова приветствия предназначались только вожаку.

– Здорово, Гэс.

– Наше вам. Куда собрался, Джоби?

– Так, никуда. А ты?

– И я туда же. Ты, я гляжу, не один! Эй, Ржавый, какую сегодня будем выдавать брехню?

– Ты чего? – сказал Снап.

– Я – ничего. А ты?

– И я ничего, – огрызнулся Снап, царапая прутом по пыльной земле.

– Много твой дядя сбил самолетов за эти дни?

– Я не говорил, что он сбивал самолеты.

– То есть как это не говорил? А кто болтал, что он целых три штуки сбил, в Испании?

– Ничего я такого не говорил.

– Значит, я, по-твоему, вру, Конопатый?

– Ты первый сказал, что я вру.

– Сравнил! То ты, а то – я!

– Ну и чем вы тут занимаетесь? – сказал Джоби, пытаясь отвлечь его внимание от Снапа.

– Так, кое-чем. За одной парочкой наблюдаем вон там, на выгоне. Голые, в чем мать родила.

– Где-е? На каком выгоне?

– Да вон они. – Гэс показал палкой. – Лезь сюда, отсюда видно.

– Смеешься небось.

– Серьезно говорю.

Джоби взглянул на него с подозрением.

– Заманишь на парапет, а потом спихнешь.

– С такой высоты? Я покамест не очумел!

– Все равно я тебе не верю.

– Стану я тебе врать! Скажите ему, ребята!

– Правда, Джоби. Не сомневайся.

– Ладно, – сказал Джоби. – Поглядим.

Он взобрался на парапет и задержался, стоя на четвереньках. Сейчас он выпрямится, и Гэс будет у него за спиной, а это неприятно. И высота неприятна, когда не за что ухватиться. Сколько раз он перебирался через речку по внешней стороне моста, но там есть за что уцепиться руками… Он разогнулся и стал во весь рост. В ногах ощущалась противная хлипкость. Джоби приказал себе не глядеть вниз и устремил взгляд на луга.

– Ну как, видно?

– Не-а.

– Может, ты не туда смотришь?

– Во все стороны смотрю. Ни фига нету.

Кто-то из Гэсовых приближенных не сдержался и хрюкнул. Не задумал ли Гэс выкинуть какой-нибудь номер там, за спиной? И оглянуться нельзя, потеряешь равновесие.

– Кончай, Гэс, – сказал Джоби. – Не валяй дурака.

– А ты стань на цыпочки, будет лучше видно.

Джоби заставил себя приподняться на цыпочки. Больше минуты ему так не простоять.

– Неужели и теперь не видишь? Вон, гляди, на самом краю!

– Разыгрываешь!

– Да нет же! Есть там парочка, и оба голые! Мы проходили мимо, они нам и говорят: «Му-у!»

– Коровы! – с возмущением проговорил Джоби. Хорошо хоть можно спрыгнуть с парапета!..

Гэс и его дружки шумно веселились.

– Купили мальчика, – приговаривал Гэс. – Ох, купили!

– Смешно – прямо жуть, – проворчал Джоби, ступая на проселок.

– А ты, Ржавый, чего не смеешься?

– Не хочу – и не смеюсь.

– Ах ты не хочешь, да?

– Не приставай к нему, Гэс, – сказал Джоби.