Читаем Джин с чердака.Том IV. полностью

Джинни рвано выдохнула, её руки тряслись. Её уже пару дней как берёт тремор от одних только мыслей о ситуации Тома. И она не знала, что делать, как помочь. Вот и сейчас она пропустила обед, предпочтя умопомрачительный вишневый пирог темно-магической книге. Она прочла с десяток книг, и ни одна не имела информации о крестражах! Вот где этот идиот откопал её вообще? — сетуя в мыслях, Джинни достала очередной том без всякой надежды. Она прочла пару страниц вскользь, уже готовая его закрыть, когда взгляд уцепился за долгожданное «разорванная душа». Джинни жадно вцепилась в старые страницы, вчитываясь в каждую строчку.

— НАШЛА! — радостно заорала Джинни, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Она закружилась, прижимая тяжеленную книгу к груди.

Наконец-то у неё было решение! К счастью, она никогда не жаловалась на скудоумие, и пазл быстро сложился, а план по спасению Реддла возник в её симпатичной рыженькой голове.

— Нам нужно сделать тебя главной душой! Ты должен пройти раскаяние и соединить душу! — поделилась Джинни радостно, подсаживаясь к Тому, но он, услышав это, помрачнел.

— Ритуал раскаяния? Джинни, если бы я хотел сдохнуть, то выбрал бы менее болезненный способ, — грубо процедил Том, захлопывая увесистый том, поднимая облако пыли в воздух.

Джинни закашлялась и поднялась следом за Томом, загораживая ему рукой дорогу. В узком проходе Блэковской библиотеки это было не трудно. Уголки Реддловских губ раздражённо дрогнули, и он запрокинул голову назад, выдыхая, стиснув челюсти. Венка на его шее вздулась от напряжения, но он всё ещё старался удержать себя в руках.

— Джинни, ты не понимаешь, что ты мне предлагаешь. Душа не разбитая ваза, которую с лёгкостью можно починить!

— Знаю! И я знаю, как тебе помочь в ритуале. Просто доверься мне, хотя бы один драклов раз, Реддл! — стукнула она по книжной полке, и та недовольно прокряхтела. — Не думала, что когда-то это скажу, — вслух — мысленно закончила Джинни — но мне не всё равно на тебя. Я, Мордред, тебя подери, люблю тебя! И я не хочу, чтобы ты, ублюдок, сдох как последняя  псина!

Том замер, шестерёнки в его голове быстро крутились, обрабатывая полученную информацию, скидывая с её слов шелуху сквернословия. И, наконец-то, он оторвал взгляд от созерцания бесконечных мрачных книжных полок и посмотрел на Джинни. Впервые замечая эту её сторону, надломленную почти стеклянную хрупкость, скрытую за бравадой. Её усталые покрасневшие глаза, бледный осунувшийся вид, что она умело маскировала за своей бравадой и дерзкой улыбкой.

— Хорошо, я верю, — уступил Том, впервые в жизни решив довериться, и эти слова для него имели значение куда более сильное и глубокое, чем любые другие слова любви. Он склонился к лицу Джинни, почти целомудренно касаясь её губ в ответе на её "пламенное" признание.

— Ненавижу тебя, — прошептала Джинни в губы Тома.

— И я, — согласился он, вновь целуя её.

Их прервал Блэк, который, не изменяя своим привычкам, ввалился с бутылкой огневиски в библиотеку.

Джинни отпрянула от Тома, словно ошпаренная, но, убедившись, что Сириус крепко спит, свернувшись калачиком в кресле, от сердца отлегло, и она выдохнула, расслабившись. Она перевела взгляд на сдерживающего улыбку Тома и неприметно наступила ему на ногу с гаденькой улыбкой.

— Том, мы займёмся этим делом на Гриммо?

— Нет, нужно собрать всё, — Том бросил настороженный взгляд на Сириуса и, нагнувшись ближе к уху Джинни, продолжил: — Их нужно собрать, начиная с первого, а он — Том прошёлся по цепочке медальона на шее Джинни, — не первый, всего лишь одна четвёртая души. Он как минимум третий из семи.

— Семь?! — ахнула Джинни, тут же хлопнув себя по рту. Она бросила взгляд на Блэка, всё ещё спящего, а затем вернулась к Тому. — Как нам найти следующий?

— Это будет легко, я уже знаю, где он, — самоуверенно осклабился Том.

— И каким образом? — приподняла брови Джинни, а потом прищурилась, как кошка, ощетинившись при угрозе. — Ты снова лез в его голову! — обвиняюще прошипела Джинни.

Том прикрыл ей рот рукой, прижимая её к книжному стеллажу: — Джинни, тише, да, я снова сделал это, но всё в порядке, он настолько обезумил, что не может ничего заметить, да и я хорош в легилименции.

— Твоя самоуверенность погубит тебя, Том, — оттолкнула она его, проходя мимо него.

— Это мы ещё посмотрим, — донеслось ей в спину. Его слова тяжёлым грузом легли на плечи Джинни.

Она вышла из библиотеки, прижалась спиной к обжигающе холодной стене, ударила макушкой по стене, прошептав: «Дура!». Она призналась, он её поцеловал, но на душе было отвратительно, это ощущалось как прощание или же обещание.

Сейчас не время для любви.

Джинни рукавом вытерла глаза, слёзы — проявление её слабости — быстро скользили по щекам. Она сделала глубокий вдох и прижала указательные пальцы к уголкам губ, растягивая губы в улыбку и, зажав их, словно приколов булавками, закрепила её.

— Всё в порядке, ничего не произошло, Джинни, радуйся, он будет жив.

А... Нет, об этом думать она не будет, не сейчас.