— Ах так, тогда больше не возьму у тебя ни цента.

Джастин развернулся и пошел в обратную сторону. Мисси Коэн молча шагала рядом.

— Ты пойми меня, — сменила она тон, — Я должна поберечь Нэнси, оградить от твоих выходок. Не хочу, чтобы из-за тебя у нее были проблемы.

— Я в тебе не сомневался, — Джастин остановился и добавил с едкой улыбкой, — Любовь материнская она такая, не знает границ в своих проявлениях. Ты как та волчица-мать, любого разорвешь за своего детеныша.

— Намекаешь, на то, что у меня отсутствует материнский инстинкт? Я тебя жалеть должна? Ты трахаешься с сыном моей лучшей подруги, а я тебе должна любовь свою доказывать? — Миссис Коэн повысила голос.

— Подсказываю. Ты должна за своего сына волноваться, а не за подругу и ее сына.

— Ты прав. Я ехала сюда и думала, ломала голову, что мне делать с тобой. Как может повлиять на сына мать, которую он ни во что не ставит. У Нэнси и то лучше получилось бы тебя пристыдить. Но я не имею на тебя никакого влияния, остается лишь применить родительскую волю. Так что я решила. Еще один звоночек от Нэнси и отправишься в военную академию.

— Ненавижу тебя. — Джастин выдохнул фразу прямо в лицо матери. Та схватила его за плечо, но сын не собирался убегать. Сильное чувство вылилось наружу, обрело форму слов и покинуло его, оставив пустоты в теле. Он ссутулился, поник, словно скинул с себя броню железного человека и стал самим собой — беззащитным подростком.

Мать обняла его, крепко прижимая к своей щеке его голову. Джастин не сопротивлялся.

— Сын, ты же умный у меня, — миссис Коэн отступила назад, — Джереми во всем тебе подражает. Заведи себе девушку и Нэнси успокоится.

— Хорошо, — ответил Джастин, — А ты больше не приезжай.

30. Конец первой серии

— Давно не видел улыбку на вашем красивом личике, — водитель снова протягивал Кате букет белых роз.

Она смотрела поверх букета на парня. Он подстригся и гелем уложил волосы в стоячую прическу.

— Как вас зовут?

— Филипп. А как вас зовут мне известно — Кейт.

— Пусть будет Кейт. Извините, не могу принять цветы.

— Почему? — парень так расстроился, что Катя передумала.

— Ладно, давайте! Хорошего дня!

По дороге домой она остановилась возле мусорных баков. Идеальные белые розы дышали свежестью, искусительным ароматом новой жизни. Кате жалко было выкидывать эти крепкие, здоровые и строгие цветы, укутанные в сеть декоративной зелени. Поболтав букет в руке, она вернула его в салон и поехала дальше. Остановилась возле здания государственной клиники. Целенаправленно заторопилась мимо приемной, вытянув перед собой букет. Зашла в первую попавшуюся палату. Семейство афроамериканцев, обступившее больного на койке, разом оглянулись на Катю.

— Миссис, вы к кому? — работница клиники подступила сзади. Катя вырвалась из окружения, выбежала на улицу.

Перед зданием стоял квадратный монумент с высеченным лицом основателя клиники. Катя положила букет на мраморное основание. Опустила голову в минутном молчании. Взгляд ее метался влево и вправо, вычисляя сторонних наблюдателей. Никто на нее не обращал внимания, и она вернулась в машину. Тщательно обследовала пассажирское сидение. Выкинула пару предательских листиков.

Возле дома она остановилась. Представила свою участь, появившись она с букетом домой. Похолодела в ужасе и снова обследовала салон. На полу лежало несколько блесток. Катя надавливала на них пальцем и по одной выкидывала в окно.

На парковке стояла машина Джастина. Катя просиживала допоздна в колледже, она набрала много кредитных часов, кроме того занятия в библиотеке отнимали много времени. Домой приезжала вечером, но Джастин неизменно приезжал еще позже. А сейчас он лежал на диване в спортивных штанах и белой футболке, одной рукой держал книгу, а другой — стакан с коричневой жидкостью. На столике стояла бутылка Блю Лейбл.

— Что празднуешь? — Катя встала перед ним.

Джастин отодвинул на две секунды книгу, чтобы взглянуть на нее. Он продолжил чтение, ничего не отвечая.

Девушка прошла в спальню и зашагала из одного конца в другой. “Что если он увидел меня с цветами. Или кто-то сказал”. Она выглянула на террасу. Там ничего не изменилась. Она села на кровать и увидела ноутбук, лежащий на полу. Лежал он как-то неестественно, как человек, упавший с десятого этажа и сломавший ноги. Катя перевернула компьютер. Ровно посредине крышки шла светлая полоса, словно кто-то пытался согнуть его в подкову. Одно крепление выломалось. Крышка съехала в ее руках и повисла. Катя внимательно оглядела комнату. Мусорное ведро было переполнено порванной бумагой. Вокруг нее валялись скомканные листы. Катя развернула один. Таблицы с цифрами, схемы, мелькнуло название компании, в которой работал Джастин. Катя все поняла.

Она снова подошла вплотную к Джастину, хотела присесть рядышком на диван, но места не было, а Джастин и не думал двигаться, смотрел на нее нетерпеливо. В его глазах читалась фраза: “отвали от меня”.

— Сегодня было собрание учредителей? Контракт не продлили? — спросила она.

— Нет. — Джастин поднялся, налил себе виски и ушел к бассейну.