Читаем Дверь. Альбом полностью

Нет, не Эбен. И никто из наших слуг, насколько нам было известно. Все они, кроме Пегги, жили с нами годами. Все, кроме слуг Хелен Веллингтон. А те забрали свои вещи и ушли до совершения преступления. Я подумала о Пегги, но тоже отбросила эту мысль. Худенькая маленькая девушка, которую я однажды встретила вместе с Холмсом на ничейной земле. Она была не способна на такое преступление, лицо ее говорило о слабости характера и доброте.

Кто же еще? Конечно, не шофер, который привозил продукты из магазина. Продукты доставлялись к задней двери, а на заднем крыльце все время были люди. Холмс работал у нас недавно. Но он катал маму на машине до половины пятого. Дворецкий Дэлтонов, Джозеф, без пятнадцати четыре принес миссис Дэлтон чай со льдом.

Значит, Джим? Кто же еще? И я снова начала перебирать всех жителей Полумесяца. Хелен Веллингтон сейчас в городе. Кроме того, у нее нет никаких причин для убийства. Миссис Дэлтон пила в это время чай со льдом, а мистер Дэлтон в своей старой робе возился с машиной в гараже. Мама была на прогулке. Эбен подрезал траву. Лидия отправилась за покупками в половине третьего и потом два часа сидела в прохладном зале кинотеатра. Джордж был у себя в банке. Миссис Тэлбот, как мне кажется, сделала очень правильное замечание. Она сказала: «Они терпели ее, пока могли». Потом она почувствовала себя неудобно и стала говорить, какими преданными дочерьми они всегда были.

Одно было ясно, однако, даже мне: секрет, связанный с золотом Ланкастеров, вовсе не был секретом. Возможно, с этого самого момента, как Джим Веллингтон принес первый мешок золота, тщательно запечатанный в банке, сплетни тут же разнесли эту новость с одного конца Полумесяца в другой. Все даже знали, где хранится это золото, так как Пегги ежедневно стирала с сундука пыль, как мы все стираем пыль с нашей мебели, и подметала под этой злосчастной кроватью.

Дюжина людей была в курсе, и, следовательно, это могло стать известным сотне. А так как я тогда еще не знала о сетках на окнах, которые нельзя было поднять, то полагала, что один из этой сотни мог забраться на крышу парадного крыльца, влезть через окно в комнату, убить миссис Ланкастер, снять с ее шеи ключ, открыть сундук и бежать с золотом.

Но каким образом? На машине? С половины четвертого до четырех мимо нашего дома не проезжало ни одной машины. Это я знала точно. Так кто же тогда? Дворник? Я никогда не обращала на него внимания, даже не знала, как он выглядит. Никто почему-то не замечал дворника. Но теперь я его вспомнила: высокий, худой, неуклюжий человек в грязной белой одежде и шлеме, постоянно раздражавший жителей Полумесяца, которые считали, что мэрия специально наняла его, чтобы он сметал мусор в кучи, которые ветер снова разносил повсюду.

Возможно, в эту ночь я не могла рационально мыслить, но образ этого человека, катящего тачку с мусором, не оставлял меня. Ведь если хозяева домов Полумесяца знали о золоте в сундуке и о ключе, висевшем на шее его хозяйки, то слуги тоже знали.

Он мог знать не только о золоте, но и о топоре в дровяном сарае. Более того, наши привычки были настолько устойчивы, что он мог знать, что между половиной четвертого и четырьмя миссис Ланкастер спала, а Эмили в это время переодевалась, что старик Ланкастер гулял, оставляя сетку от комаров на двери открытой, и что в этот день Маргарет была свободна, как и Пегги. Он мог видеть, что две другие горничные находились в это время на заднем крыльце.

И по времени все совпадало. Правда, в этот день я его не видела — обычно он работал у нас во второй половине дня. И опять-таки, его тачка — вот на чем можно было вывезти золото!

Я говорю сейчас об этом просто потому, что хочу показать ход своих мыслей, а не потому, что это действительно способствовало раскрытию преступления. Но это показывает, каким образом я сама в какой-то, хотя и незначительной, степени оказалась связана с ним. Дело в том, что почти в полночь, когда инспектор и Салливан все еще рассматривали сундук, который вытащили из-под кровати, я отправилась в дом Ланкастеров, чтобы рассказать о своей теории!

Я вышла из парадной двери, никого не разбудив, но как только ступила на дорогу, появился человек в плаще, с фонарем в руке и осветил мое лицо.

— Здесь нельзя ходить, мисс, — сказал он.

— Не говорите глупостей, я хочу видеть инспектора Бриггса.

— Не думаю, что он согласится с вами встретиться. Он занят.

— Но я все-таки попробую, — твердо сказала я. Он отступил, хотя следовал за мной всю дорогу, пока я не подошла к дому Ланкастеров.

— Я буду ждать вас здесь. Сейчас это не то место, где молодые девушки могли бы одни гулять ночью. — Заметив это, он закурил сигарету.