Читаем Душа Пустоты полностью

— Рядом речка есть, — светловолосый мотнул головой в лесную чащу, — Большая Галька, знаешь такую? Сходи, умойся, и чтобы больше я тебя тут не видел. Нечего где не попадя шататься.

Последние его слова Кай повторил одними лишь губами с гримасой непонимания. Бросил взгляд ему вслед — тот уже укатывал по хлюпающей дороге, скрипя колёсами.

— Элай? — окликнул он его.

Поводья тут же натянулись, лошадь фыркнула, махнув хвостом, и телега остановилась. Светловолосый обернулся. Строго взглянул на измазанного в грязи парня, перебирая какие-то мысли на уму.

«Точно он… Как же изменился», — думал Кай, глядя в лицо брату. — «Как же стал похож на отца…»

— Не узнаешь?

Взгляд старшего начал было проясняться.

— Кай… — вдруг выдохнул Элай. Секунду-другую он не шевелился, будто пытался убедиться, что ему не показалось, что это не обман. Затем опомнился и соскочил с телеги. — Кай! Братец!

Юношу обхватили его крепкие могучие руки, закалённые неустанными работами в полях, грубые шершавые пальцы стёрли грязь с лица. И Кай тоже обнял его, слыша, как брат приговаривает:

— Где ты был так долго? Где пропадал? — он отстранился, сжав пальцами плечи брата, оглядел всего от макушки до пят. — Смотри-ка! Вот вымахал! А окреп-то как! Ну, давай же, рассказывай, где пропадал! Хотя погоди. Погоди. Для начала тебя нужно матушке показать. Сказать, что ты жив, обрадовать её! — Элай уже потянулся, чтобы забраться на телегу, но остановился, снова повернулся к младшему. — Нет, не в таком виде. Так она точно подумает, что ты бродяжил всё это время. Для начала тебя нужно отмыть.

— А что?.. — Кай опустил взгляд. — Да, не помешало бы, — признался, увидев, что спереди весь покрыт толстым слоем грязи.

«Как долго я тут валялся?»

— Пошли-ка, братец, до Большой Гальки, — с задором пробасил Элай.

2

«И всё-таки, сколько я проспал в том замке? Как долго меня держали у себя железномасочные колдуны?» — эти мысли трещали в голове Кая голодным роем саранчи, пытаясь достучаться до ответа. Но его нигде не было. Был лишь брат, повзрослевший и возмужавший.

До берега оказалось рукой подать. Нэри младший примерно начинал представлять, где они находятся — на севере от их дома, западнее Вельфендора. Здесь, среди берёз и сосен, брал начало горный хребет Аншера и рядом пролегал изгиб Большой Гальки, которая весной насыщалась талой горной водой и ручьями, поднималась, значительно уменьшая количество удобных для рыбалки мест. Тот факт, что сейчас была весна, а последнее воспоминание Кая о доме связано с похищением зимой, его сильно тревожил. Но не сильнее всего произошедшего и увиденного в загадочном замке.

Он стоял, утопая босыми ногами в илистом берегу, перед шелестящим прибоем спокойной реки. Слушал пение птиц, волнующийся на ветру шум древесной листвы, запахи талой воды, цветущей растительности и ещё сырой, не согретой теплом солнца, почвы. Как же давно он не чувствовал подобных ароматов. И не понял бы, что жаждет вкусить их больше всего на свете, пока не напоил лёгкие свежим прибрежным воздухом.

— Ты давай умойся пока, — прогремел за плечом голос Элая, брат поставил рядом с ним ведро и тряпичный свёрток. — Сейчас костерок разведу, согреешься сразу.

Кивнув, Кай взял ведро и вошёл по колено в ледяную воду. Промочив тряпку в реке, поднёс его к груди и, выдержав небольшую паузу, прижал, начал тереть, смывать грязевые комья. Стуженая вода текла ручьями, покалывая живот и ноги, но Кай не обращал на это внимание. Само понятие холода почему-то казалось каким-то несущественным. Он больше не сковывал конечности, от него не бросало в судорогу, не возникало желания поскорей найти укрытие и согреться. Опустив руку, которая сжимала сочащуюся мутной жижей тряпицу, юноша, набравшись смелости, посмотрел вниз, на своё туловище.

Сжал губы, выронил ведро.

Ожог никуда не делся. Как и серебристая конструкция со светящимся камнем внутри, ставшая заменой его сердцу. Значит, всё это было наяву. Колдуны в железных масках, рыцарь в тёмных доспехах, чудища в плавильне и цепной зверь, охраняющий выход из крепости. И тот пейзаж… явление. Золотистое инородное явление картины чужого мира. Свет и багровые плиты.

«Каким-то образом я выжил после атаки зверя», — опустошённо взирал Кай на водную гладь, в которой отражался угрюмый парень с бледно-бирюзовым огоньком в груди.

«Каким-то образом выбрался на поверхность…»

Отказавшись и дальше перебирать эти мысли, гадать о причинах и следствиях, вопрошать у мироздания: «Зачем?!» и «Почему?!», Кай сделал несколько тяжёлых шагов сквозь водную толщу и нырнул. Ушёл с головой в Большую Гальку, напитанную горными родниками и оттаявшим снегом. С наслаждением почувствовал, как острая боль в макушке, шее, затылке и висках, с которой приняла его ледяная река, прогнала прочь все тревоги, все воспоминания о загадочном дворце. Чтобы там не происходило, теперь он дома, в землях Вельфендора. И скоро увидится с семьёй.