Читаем Душа Пустоты полностью

— Дальнейшее пребывание здесь может быть небезопасным, — уже более спокойно настоял Кай и выпустил его. Затем отшатнулся, словно сам не понял, что сейчас произошло. Озадаченно посмотрел на свои руки. Сосредоточился и усилием воли заставил латы исчезнуть, рассыпавшись ветхим углём.

— Простите меня, учитель, — скорбно произнёс он, когда перепуганный кирстадец был уже у дверей Храма. Тот остановился. Молча оглянулся. — Вы мне очень помогли в начале моего пути. Но на этом всё. Мне нужно двигаться дальше.

Учитель выдохнул, проглотил ком и сдержанно кивнул.

— Удачи вам, — сказал Нэри младший, направляясь к выходу в Долину.

— И вам, молодой человек… — немного грустно ответил Фэнрис.

7

И недели спустя в пещере звучал звон трёх клинков.

Выжимая себя без остатка, Кай парировал, блокировал и уходил от атак двуручного спектрального меча и смертоносных выпадов кинжала. Сражался сразу против двух противников!

Пока что придерживался защитной стратегии, но периодически всё же награждал своих учителей оплеухой-другой.

Юноша бы не решился сказать, когда в их танец влился последний призрак. Не заметил он, как на ряду с двуручным мечом и кинжалом, начал уходить от рубящих ударов топоров.

Спектральная энергия, имеющая форму заточенного клинка, дотянулась до его голени.

Не издав ни звука, Кай припал на раненную ногу. И опомниться не успел, как его лоб раскроило тяжёлое сияющее лезвие.

Воскрес на краю ристалища.

Продолжил спарринг.

Они почти перестали разговаривать. Голоса раздавались в пещере призраков всё реже и реже. Им они были не нужны. Короткие жесты и образовавшаяся связь между воинами заменяли им общение. Они понимали друг друга без слов. Кай начинал думать, что это вряд ли можно было назвать нормальной практикой. Весь процесс тренировки лишался черт, присущих людям. Присущих живым. Прав был Ирриазар. Прав был Ориан. Кай Нэри был нежитью. И в тот момент, в пещере на северо-западе Запретной Долины, не зная отдыха, не ведая усталости, вели нескончаемое сражение мертвецы. Одержимые отголоски чего-то более человеческого и счастливого.