Читаем Дуди Дуби Ду полностью

Образовалась семья Вероники стихийно, на основе классического любовного треугольника. В далекой юности закадычные школьные друзья Самец и Будякин познакомились с Вероникой на дискотеке. Знакомство переросло в теплые дружеские отношения, от которых, как известно, и до любви недалеко. Все свое свободное время они проводили вместе. Чуть позже приятели повадились ходить к Веронике в гости, сначала парой, а потом и поодиночке. Ее родители — геологи — постоянно были в разъездах, старшему брату Гоге было не до сестры, поэтому гостеприимная хозяйка всегда была рада гостям, готовым скрасить ее девическую скуку.

Основной причиной визитов, как оказалось впоследствии, были огромные запасы водки, хранившиеся в ее квартире. Водка была везде. Во всех легко — и труднодоступных местах. Какую дверцу ни открой — везде она, даже в туалетном шкафчике. Водка принадлежала Гоге. Он собирал ее на свою свадьбу, которая вот-вот должна была состояться, но по каким-то непонятным причинам постоянно откладывалась вот уже лет пять подряд. Брат Вероники имел нетипичную для мужчины профессию: врач-гинеколог, но помимо профессиональных интересов очень увлекался радиотехникой. В своей напоминающей лабораторию средневекового алхимика комнате он паял и чинил всевозможные ламповые усилители, общался с единомышленниками в средневолновом диапазоне и изготавливал разного рода непонятную шпионскую технику. О Гогиной профессии напоминала лишь маленькая полка с книгами по женским болезням. Все остальные были заставлены технической литературой и завалены мелкой радиотехнической всячиной. Однажды Самец с Будякиным полистали гинекологические книжки, испугались картинок и надписей под ними и с тех пор стали уважать Гогу еще больше, стараясь при этом как можно меньше попадаться ему на глаза. Арсений считал кузена немного нелюдимым и с детства его сторонился. Впоследствии Гога уехал в Америку, где наконец и женился на совсем другой женщине, оставив Веронике на память о себе всю водку, пару паяльников, большой, тяжелый трансформатор от железнодорожной стрелки, которым было очень удобно прижимать осенью квашеную капусту, а также пару своих фотографий с грустным выражением лица. Все остальное продал. В Америке Гога устроился работать по специальности, с родителями и сестрой общался мало, отделываясь редкими звонками, открытками к праздникам и нечастыми визитами в Москву. Арсений говорил Веронике, что он, наверно, работает там под прикрытием, выполняя секретное задание Родины. Вероника смеялась и посылала Арсения ко всем чертям.

Как известно, на алкоголе держится большинство людских отношений.

Картина складывалась такая: Будякин ходил к Веронике потому, что больше всего на свете любил водку, Самец — потому, что хоть в ту пору и попивал, но все же больше любил Веронику, а Вероника любила Будякина, которому тихо мстила в объятиях Самца. А там, где любовь, там недалеко и до ненависти. В итоге Самец возненавидел друга за его алкогольные пристрастия, в которых сам был не очень силен, Вероника — всех, включая себя. Лишь Будякину все оказалось до лампочки — он был устроен по-другому. Учась в каком-то техническом вузе, он постоянно уходил в академический отпуск, управлял погрузчиком на заводе, слушал рок-н-ролл, пил водку, волочился за бабами и видел в этом свое предназначение. Именно таких гусар женщины почему-то любят больше всего.

Шли годы, Самец окончил институт иностранных языков, получил офицерское звание, и его отец — сотрудник МИДа — через знакомых в Министерстве обороны организовал сыну службу в ГСВГ. Препятствовало лишь одно: кандидат должен быть женатым. Узнав об этом, Самец помчался к Веронике и сделал ей предложение. Та попросила неделю на раздумье, выпроводила жениха и, быстро приукрасившись у зеркала, помчалась к матери Будякина просить руки и сердца ее непутевого сына. Мама не возражала, Веронику она знала давно, и та ей очень нравилась. Умная красивая девушка из приличной семьи — что может быть лучше для ее оболтуса? Через два дня с трудом разыскали Будякина, вдвоем сделали ему предложение, но тот ни о какой женитьбе и слушать не стал. Еще три дня где-то куролесил, а когда явился домой, ушел в категорический отказ.

Вероника слегка погоревала и дала Самцу свое согласие. Тянуть было нельзя: и так почти два месяца задержка. Знать бы, кто папа! Быстро сыграли скромную свадьбу и через пару месяцев уехали к месту службы.

Вынашивала сына Андрюшу Вероника в Германии, а рожать приехала в Москву.

Мальчуган появился на свет крепкий, как боровичок. Четыре килограмма. С красной, довольной жизнью улыбчивой рожицей, с хорошим аппетитом и анализами. На Будякина, слава богу, он был непохож. Да и на Самца тоже. После замужества Вероника оставила свою фамилию — Франковская. Еще перед свадьбой она предупредила мужа, что менять ее не будет, ибо, по ее разумению, женщине несвойственно носить ярко выраженные мужские признаки. И возражения отбрила резким доводом, спросив жениха, как он на счет того, чтобы стать Сучкой?.. Пришлось Самцу уступить.