Читаем Дубовая Гряда полностью

Из землянки вышел средних лет человек в военной форме. По количеству партизан трудно было определить, какой отряд вливается в какой. Зато вся молодежь из отряда Сергеева поняла, что она пошла по правильному пути. Встретивший их человек оказался секретарем подпольного райкома партии и одновременно командиром партизанского отряда «Буденовец».

Илья Карпович Ядловец, поздоровавшись, пригласил Сергеева в землянку. Пробыли они там долго, наконец политрук вышел и позвал Володю.

В углу землянки, возле рации, сидел радист. На самодельном столике лежало несколько типов противопехотных мин, а рядом со столом стоял Илья Карпович. Увидев Володю, он сказал:

— Политрук рассказал мне кое-что о тебе. Ты его давно знаешь?

— С августа сорок первого года. Он с бойцами в нашей деревне стоял. А потом его раненого подобрали и прятали сельчане.

— Ты из какой деревни?

— Из Дубовой Гряды.

— А чей?

— Сын Петра Бойкача.

— Как ты решился стрелять в полицая?

— Так ведь один на один. Винтовка подвела, иначе убил бы.

— Ну, а хлопцев, которых привел в отряд, хорошо знаешь?

— Конечно. Только двое не комсомольцы. Нужно принять их.

— Они комсомольцы с той поры, как написали первую листовку.

Ядловец расспросил, кто у партизан остался дома, в Дубовой Гряде, какая опасность угрожает их семьям, и сказал:

— Пойдем в столовую, я распоряжусь, чтобы вас накормили. А потом сделаем шалаши, отдохнете.

Вышли из землянки, и Илья Карпович направился по тропинке к костру, горевшему неподалеку. Хлопцы встали. Володя подал Зине руку. Девушка натерла ногу и немножко прихрамывала.

Володя думал, что в лагере действительно есть что-то похожее на столовую, и удивился, когда подошел к костру. Женщина черпала половником суп из большого чугуна и разливала во все, что ей подставляли. Володя вытащил из вещмешка котелок, Зина — мисочку.

— Я отдам ее тому парню, — сказала она, — у него ничего нет.

— Отдай, нам с тобой котелка хватит, — согласился Володя и подставил котелок под черпак, — на двоих.

Лес неласково встретил ребят. Незаметно наползла туча, хлынул дождь. Топоров оказалось мало, но строительство шалашей двигалось быстро. Для девчат в самом центре соорудили небольшой отдельный шалаш. Илья Карпович снова пригласил в землянку Сергеева и Володю, познакомил их с командиром роты и начальником штаба.

— Вот что, товарищи, — заговорил он, — количество людей у нас удвоилось, и теперь мы можем ликвидировать эту злокачественную опухоль — слободскую полицию. После этого будем контролировать всю здешнюю зону: до сих пор мешали полицаи. Как только мы их парализуем, население поймет, что советская власть жива. По данным разведки, предателей там один взвод, человек двадцать. Операцию проведем через пару дней, когда отдохнут вновь прибывшие.

— Нет, товарищ командир, — возразил Сергеев, — если мы опоздаем хотя бы на день, в Дубовой Гряде может произойти трагедия. Там есть один выродок, командир полицейского взвода. Он поможет недобитому вами Бодягину, который получил награду, закрепить ее кровью патриотов.

— Предлагаете выступить завтра?

— Да.

— А остальные как думают?

Предложение Сергеева поддержали все, и командир согласился. План операции разработали быстро. Полиция находилась в помещении бывшей школы, где Володя учился до войны, и теперь юноша набросал на бумаге детальный план подходов к зданию, расположения комнат, отметил каждое дерево вокруг дома, колодец. Одного он не знал: в какой комнате живет Кичка, а в какой Василь. Предполагалось окружить помещение, снять часового и забросать полицейских гранатами через окна.

Ядловец предложил Сергееву и Володе спать в землянке, но они предпочли шалаш.

Володя долго не мог уснуть. Всех комаров в шалаше переловил, но все равно не спалось.

Ночью каждое место в лесу звучит по-своему. На возвышенностях деревья шумят не так, как в низинах, — порывисто, со свистом. Иной раз слышно, как шишка упадет. Пролетит ветер, качнет могучие ели, и земля под тобой словно вздохнет от движения пружинистых корней.

В низинах лес шумит глуше. Под его монотонный гул лучше спится. Временами в такт этому гулу закугукает сова, замычит косуля или залает лисица. Ночью все они тоже предпочитают прятаться в тихих местах.

Днем в лесу гораздо больше звуков, но они сливаются и не так отчетливо, как по ночам, воспринимаются человеком.

Долго слушал Володя таинственную симфонию ночного леса и не заметил, как уснул.

А на следующий день, после полудня, тридцать партизан покинули лагерь. Всю дорогу до Слободы они могли пройти довольно быстро, опасных мест не предвиделось. Многие впервые должны были участвовать в бою. Но сегодняшнюю операцию Ядловец считал не очень серьезной и на выполнение ее разрешил отправиться и необстрелянным парням.