Читаем Дублин полностью

К счастью, глупые предложения Гладстона были разбиты консервативной оппозицией. Но это не заставило Парнелла угомониться. Очень скоро он вынудил правительство тори сделать все возможное, кроме предоставления независимости, чтобы ирландцы были довольны. Включая и вот эту мерзкую затею с предоставлением ссуд. И теперь Финтан О’Бирн мог получить деньги, чтобы купить у нее землю.

— Предатель! — Роуз Бадж произнесла это слово вслух в тихой комнате.

Человек, предавший свой класс. Хуже того: именно из-за него весь британский парламент повернулся против собственного детища, против протестантской власти в Ирландии. Давать католикам деньги, чтобы они выгнали нас из собственных домов, где семьи жили столетиями, и вынудить нас уйти, как старых слуг. Куда? В дублинские квартиры или в пригородные дома в Англии? Нас, бывших владельцами огромных земельных просторов в Ирландии?

— Предатель! — снова произнесла Роуз, глядя на огонь.

Но он, как говорили люди, хотя бы действовал парламентскими средствами. А ведь в Ирландии были и другие, которые готовы применять совсем другие способы, вплоть до убийства, чтобы добиться своего. Но разве некоторые из этих проклятых не являлись также последователями Парнелла? Несколько лет назад в Феникс-парке экстремисты убили несчастного лорда Фредерика Кавендиша, первого заместителя министра финансов. Тогда Роуз читала в газетах, что за этим убийством якобы стоял Парнелл. Конечно, теперь все твердили, что это было откровенной ложью, что Парнелл никакого отношения к убийству не имел. Но кто знает? И в любом случае Парнелл был злодеем.

Его следовало наказать. Роуз ничуть бы не пожалела его. Она слышала, что Парнелл давно жил с какой-то женщиной, с которой они не были женаты и которая на самом деле была законной супругой другого человека. Говорили, что миссис О’Ши — очень милая женщина, а ее мужу до нее нет никакого дела. Но в результате О’Ши развелся с женой, а Парнелл на ней женился, что было совсем уже негоже. И это погубило Парнелла. Англичане не желали такое терпеть. И Католическая церковь Ирландии тоже не желала, тем более что Парнелл ей всегда не нравился, поскольку был протестантом. Его вытолкали из политики. С ним было покончено.

Да, печальный конец. Но Роуз Бадж Парнелла не жалела.

Теперь для нее вопрос состоял в том, что делать с той грязью, которую Парнелл накидал перед ее порогом? Что ей делать с Финтаном О’Бирном?

На следующее утро Роуз Бадж отправилась в Уиклоу. На этот раз вместо тюрбана она водрузила на голову фетровую шляпку, украшенную цветами. В Уиклоу Роуз прямиком отправилась в контору своего юриста, мистера Квинлана Смита. Он, внимательно выслушав ее, кивнул и задал один-единственный вопрос:

— Вы хотите продать эту ферму Финтану О’Бирну?

— Конечно нет!

— Могу я спросить почему?

— Потому что это моя земля, земля моей семьи, — откровенно ответила Роуз Бадж, — и я не для того вернулась сюда, объехав полмира, чтобы просто взять и отдать кому-то.

— Вы чувствуете себя крепко связанной с этим местом.

— Конечно я с ним связана! Что еще у меня есть?

— Понимаю… — Адвокат задумчиво кивнул. — Хотя, наверное, вы удивились бы, если бы узнали, как много людей из таких же старых родов сейчас продают землю. — Он немного помолчал. — Но мне вряд ли нужно вам объяснять, что у вас нет никаких причин продавать землю, если вы того не хотите.

— Отлично!

Вроде бы разговор на этом закончился, но Роуз Бадж не трогалась с места. Адвокат подождал несколько мгновений, потом осторожно запустил пробный шар:

— Но вы, может быть, все-таки чувствуете некоторое беспокойство.

— Может быть.

— Вам кажется, что ваш отказ может пробудить дурные чувства?

— Я не боюсь его, если вы об этом.

— Такое мне и в голову не приходило, — мягко ответил юрист.

— Я здесь не была так много лет, — с легкой грустью начала миссис Бадж. — Половина тех, кого я знала, умерли. Я живу в собственном доме, но среди чужаков. Но понимаете, я вынуждена жить с ними.

— Да, действительно.

— Если бы здесь был мой муж, все было бы иначе. Забавно… Я ведь почти не знаю Финтана О’Бирна. Я помню его мальчиком, но какой он человек теперь, мне неизвестно.

— О нем ничего плохого не говорят. Если бы говорили, я бы наверняка знал. — Адвокат подумал. — Многое изменилось за время вашего отсутствия. И полагаю, будет меняться дальше. Но я совершенно уверен, что через какое-то время вы, как и прежде, будете чувствовать себя дома среди жителей Ратконана. Люди-то они все такие же. Хотите, чтобы я поговорил с О’Бирном?

— Думаю, мне лучше самой это сделать.

— Согласен. Но я, так уж сложилось, на следующей неделе буду по соседству с Ратконаном. Могу навестить вас.

Миссис Бадж коротким кивком дала понять, что визит будет принят благосклонно.