Читаем Другой класс полностью

Восставший из мертвых! – восклицали заголовки газет; и всего одних суток всеобщего радостного возбуждения, вызванного тем, что Чарли Наттер был найден живым и здоровым, оказалось достаточно, чтобы население города начисто позабыло о другом весьма печальном событии: о том, что до сих пор не опознано тело другого мальчика, выловленное из затопленной шахты глиняного карьера. А ведь тот погибший мальчик тоже был чьим-то сыном. Та юная жизнь действительнопогибла. И в общем нельзя сказать, что нам было так уж наплевать на этого безымянного мальчика; но когда наконец все выяснилось и расследование было завершено, мы поняли, что этот мальчик не из нашего круга.

Ну а Чарли Наттера я навестил, как только смог. Не сразу, конечно, – мне ведь нужно было еще и похоронами отца заниматься. Но дня через два после того, как Чарли вернулся, я решил сходить к нему домой, чувствуя себя до некоторой степени ответственным за случившееся (словно я и впрямь мог неким непонятным образом все это предотвратить!). Отправляясь туда, я понятия не имел, что же с ним случилось на самом деле, – на сей раз местные сплетники упорно молчали, и это могло означать только одно: возвращение мальчика домой связано с определенной, весьма неловкой ситуацией. И общественность Молбри, вздохнув с облегчением, была все же смутно разочарована, ибо уже готовилась к худшему и собиралась «пережить эту трагедию вместе с родителями ребенка», но оказалось, что теперь ее, общественности, энергия, затраченная на переживания, могла бы найти себе и более удачное применение.

Прошло уже больше недели с того дня, как Чарли Наттер исчез, но до сих пор никто, похоже, так и не знал, где он все это время был и чем там занимался. Его родители, правда, сделали официальное заявление: Чарли пребывает в добром здравии, а сами они очень рады его возвращению. Вот и все, что стало известно, и, к большому огорчению «Молбри Икземинер», больше никакой информации ни Чарли, ни его родители выдавать не собирались. И все же я, будучи классным наставником Чарли и, повторюсь, чувствуя себя до некоторой степени ответственным за случившееся, отправился к нему – чтобы, во-первых, навестить его и, во-вторых, предложить со своей стороны любую посильную помощь и поддержку.

Наттеры жили на Миллионерской улице, самой приятной в Молбри, застроенной большими каменными домами – «особняками», как у нас из называли. Металлические ограды и ворота надежно охраняли придомовую территорию от нарушителей, а вокруг домов были разбиты сады, и за оградами виднелись очаровательные, аккуратно выкошенные лужайки, пестрые клумбы, широкие дорожки, посыпанные гравием, и раскидистые деревья. В одном из этих живописных старых особняков жил мой бывший коллега, ранее преподававший у нас в школе рисование, но давно уже вышедший на пенсию и теперь работавший над созданием какого-то собственного манускрипта. Дом Наттеров выглядел особенно просторным и ухоженным; его территория пряталась за новыми электронными воротами, а вдоль подъездной дорожки было установлено множество камер наблюдения. Наверное, предположил я, Наттер-старший, ЧП, просто вынужден быть таким подозрительным и осторожным. Беспорядки в Северной Ирландии со времен голодных бунтов в Мейз[114] только усилились и вполне могли в один прекрасный день дотянуться даже до Молбри. Мне и самому порой приходила в голову мысль о том, что Чарли мог быть похищен, а теперь его родители уплатили выкуп, вот и предпочитают помалкивать.