Читаем Дронго. Книги 21-40 полностью

— Несколько человек из этой группы еще проживают в Германии, — любезно сообщил Халлер. — Я думаю, будет правильно, если мы возьмем всех их под наше наблюдение. Чтобы гарантировать их безопасность и исключить подобные покушения. Надеюсь, вы не станете возражать?

— Нет, — ответил Страус, у которого сильно испортилось настроение.

Он поднялся и проводил своего гостя до дверей. Когда Халлер вышел, Страус сжал свою сигару так сильно, что она рассыпалась. Он подошел к столу, налил себе рюмку коньяка и выпил. В комнату осторожно вошли Кардиган и Данери.

— Вы все слышали? — спросил Страус, угрюмо глядя на вошедших.

— Все, — подтвердил Кардиган, проходя к столу и усаживаясь в то самое кресло, в котором сидел Халлер.

— Нужно проверить, кто входил в группу полковника Хеелиха, — предложил Страус. — Придется послать наших сотрудников по всем адресам. Пусть Халлер думает, что мы ему поверили.

— А если среди них есть информатор Барлаха? — спросил Кардиган.

— У нас нет другого выхода, — ответил Страус. — Кстати, если Барлах опять каким-то неведомым образом свяжется со своим информатором, я поверю, что он телепат.

Халлер, вернувшийся в берлинский офис БНД, приказал немедленно уточнить список всех оставшихся в живых членов группы Хеелиха и установить за ними наружное наблюдение. Следующие два дня сотрудники БНД проверяли обстоятельства гибели Нигбура. И двадцать восьмого октября представитель БНД Вальтер Херман встретился с Ворониным, чтобы заявить ему решительный протест немецкой стороны.

Рудольштадт.

5 ноября 1999 года

К пяти часам вечера Дронго добрался до входа в знаменитые пещеры Рудольштадта, где когда-то добывали руду. Он ждал у входа и увидел, что мимо проехала машина. Мелькнула желто-коричневая куртка. Сразу за ней последовало еще несколько машин. Дронго растерянно посмотрел им вслед. Значит, Менарт не сумел оторваться. Неожиданно он услышал за своей спиной.

— Вы не меня ждете?

Дронго обернулся и увидел Менарта. Тот был одет в синюю куртку. Он улыбался.

— Старый трюк, — сказал Менарт, — запоминается яркая куртка, и они уже не смотрят на лицо. Мой друг лесник уехал на моей машине, и они все ринулись за ним. Мне было интересно проверить, смогу ли я их обмануть.

— Неплохо, — кивнул Дронго. — Где мы можем поговорить.

— Поедем в домик лесника, — предложил Менарт. — Вы действительно из Москвы?

— Да.

— Я думал, про меня забыли. Оказывается, я еще кому-то нужен. Правда, не понимаю, зачем. За мной уже не первый день следят несколько человек, причем мне кажется, они мешают друг другу. Или я ошибаюсь?

— Нет, не ошибаетесь.

Они подошли к небольшой «шкоде». Менарт достал ключи, и они разместились в салоне автомобиля. Менарт выехал со стоянки.

— Что происходит? — спросил он. — Почему я вызываю повышенный интерес?

— Они ищут предателя, — пояснил Дронго.

— Какого предателя? — спросил Менарт, глядя на дорогу. Они поднимались в гору.

— Того, кто предал вашу группу. Мы полагаем, что засада была организована. Кто-то специально подставил ваших товарищей.

— Мы всегда считали, что это сделали сотрудники КГБ. Или ошибались?

— Вы ошибались. Шилковский был тяжело ранен, но остался жив. И его чудом вылечили в Москве. Сейчас он живет в Москве, женился. Вы можете с ним встретиться.

— Зачем? — удивился Менарт. — Все это было в прошлой жизни. Все уже давно закончилось. Какая разница, кто нас предал. Сейчас это не имеет ровным счетом никакого значения.

Он помолчал и с неожиданной горечью сказал:

— Все равно прошлое уже принадлежит истории. Мы ничего не сможем сделать, даже бросая туда камни.

— Говорят, что в прошлое нельзя бросать камни, иначе будущее выстрелит в нас из пушек, — вспомнил Дронго известную сентенцию.

— Может быть, — согласился Менарт. — Но я не понимаю, отчего такой непонятный интерес к моей персоне. Или вы думаете, что я сдал своих товарищей?

— Конечно, нет. Иначе бы за вами так не следили. Возможно, это Гайслер.

— Карстен Гайслер? Никогда в жизни. Он не может быть предателем.

— Несколько дней назад он стрелял в другого вашего коллегу Оливера Бутцмана и тяжело ранил его.

— Этого не может быть, — твердо сказал Менарт. — Гайслер не стал бы стрелять в Бутцмана ни за что. Оливер спас ему жизнь. Такое не забывается.

— Мы знаем. И тем не менее это был Гайслер.

— Нет, — мотнул головой Менарт, — такого просто не может быть. Вы ошибаетесь.

— А Габриэлла? Она могла вас предать?

— Чтобы подставить Шилковского? Она была влюблена в него как кошка. Нет. Я же сказал вам, что вы ошибаетесь.

— Кто еще знал о работе вашей группы?

— Не знаю. Но в архив нас пустили. Хотя был еще Нигбур.

— Он погиб несколько дней назад. В автомобильной катастрофе.

— Черт возьми, вы как посланец злых сил. Принесли столько недобрых вестей.

— Я говорю правду.