Октавиан всячески заботился о ее здоровье, но отнюдь не из человеколюбия – он собирался прибыть в Рим с почестями, и среди рабов, сопровождающих его колесницу, должна была бы идти и Клеопатра, гордая царица Египта. Но его планам не суждено было сбыться. Неожиданно Октавиан получил от Клеопатры письмо, в котором она просила похоронить ее рядом с Антонием.

Клеопатра ускользнула из рук Октавиана. Он так и не смог с позором провести гордую царицу в цепях по улицам Александрии. Знаменитая легенда рассказывает о корзине с винными ягодами, в которой Клеопатре тайно принесли ядовитую змею. Когда 12 августа 30 года до н. э. римские войска взяли штурмом царскую гробницу, они увидели лежащую на роскошном ложе мертвую Клеопатру в золотых одеяниях богини Исиды. Один из римлян спросил рабыню Хармиону, которая, слабея на глазах от укуса змеи, оправляла царскую корону: «Хорошо ли поступила твоя госпожа, Хармиона?» «Превосходно, ибо стала достойной преемницей многих владык», – ответила верная служанка и упала замертво у ног своей царицы. Легенда красивая и почему бы в нее не поверить?…

Октавиан был разочарован, однако все-таки разрешил похоронить царицу Клеопатру VII рядом с Антонием. А его триумф все же состоялся, только вместо живой Клеопатры пленники несли ее портрет, где она была изображена с прильнувшей к ней змеей…

Секреты очарования Клеопатры

Наверное, одна из самых интересных загадок Клеопатры – это собственно «портрет» легендарной царицы. Легенды и романы рисуют ее ослепительной красавицей. Но, по словам современников, она не обладала какой-то особенной красотой, однако, что более важно, была очень умна, образованна, утонченна, знала девять языков и блестяще владела искусством обольщения. «Наслаждение слышать ее голос, – говорили о ней. – Ее речь подобна многострунной лире, на каком бы языке она ни говорила».

Значит ли это, что «знаменитая и легендарная» Клеопатра VII (перед ней было еще шесть правительниц XXXI династии в Древнем Египте, носивших это тронное имя) вовсе не была красавицей? Во всяком случае, похожее впечатление может сложиться, если посмотреть на «достоверную» компьютерную реконструкцию ее внешности и «подлинные» прижизненные изображения последней суверенной правительницы Египта, предъявленные публике не столь давно. Уже заговорили и о новой, также «подлинной», тайне Клеопатры, заключавшейся якобы в том, что при такой, откровенно скажем, не блестящей внешности, ей каким-то образом удавалось производить неотразимое впечатление на мужчин. Но не будем спешить с выводами.

Относительно внешности царицы мнения современных авторов разделились. Часть из них утверждают, что Клеопатра была прекрасна, как троянская Елена, а также «умна, как Аспазия», и «страстна, как Сафо». Однако встречаются мнения, что царица была не просто некрасива, а очень некрасива (некоторые упоминают даже длинный крючковатый нос).

Самое любопытное в этом то, что достоверного описания внешности Клеопатры нет. Античные авторы упоминают лишь, что она обладала необычайным обаянием и привлекательностью, умом, талантом истинного дипломата. Поэтому источником информации современных авторов является, по-видимому, художественная литература или некоторые сохранившиеся на рельефах, монетах и в статуях изображения царицы, которые поражают своим разнообразием и отсутствием сходства между собой.

Слова о «достоверности» и «подлинности» новых фактов взяты в кавычки не случайно. Дело в том, что на самом деле они не являются ни «достоверными», ни «подлинными». То есть, с точки зрения антикварной и археологической ценности, найденные статуи, конечно, являются подлинными и действительно изображают Клеопатру и изготовлены не самыми худшими ваятелями античной Александрии. Но все дело в том, что их нельзя считать исторически достоверными, передающими реальный облик царицы.

Европейцы привыкли к такому жанру, как «парадный портрет». На нем важный и богатый заказчик всегда выглядит несколько приукрашено – с гордой осанкой, без брюшка, если таковое имеется, с превосходным цветом лица и т. д.

А в Древнем Египте со времен фараона-еретика Эхнатона дело обстояло иначе. Тогда в египетской скульптуре возникла необычная тенденция, которую иногда называют «гиперреализмом». Странный правитель требовал от своих скульпторов не просто изображать себя – «живого бога» – и простых смертных в их подлинном облике, но, более того, всячески подчеркивать особенности внешности «оригинала», даже если эти особенности были совсем уж малопривлекательными. В своем скульптурном воплощении человек посредственной внешности казался просто уродом, а уж как выглядел от природы некрасивый – и подумать страшно. Фараон ушел в вечность, само имя его прокляли и забыли, а вот скульптурный стиль привился, хотя и в несколько смягченном виде. Поэтому парадные статуи древних египтян после Эхнатона и выглядят хуже, чем «первоисточник». Своего рода «парадный портрет наоборот».