Читаем Древний Египет полностью

Когда Антоний пришел в себя от потрясения, сумерки сгустились и на корабле зажглась грандиозная иллюминация. У полководца вновь перехватило дыхание, и он еще до переговоров понял, кто из них двоих главный и великий. Клеопатра покорила римлянина, пустив в ход все свои женские чары, и даже ходили слухи о колдовских настоях и напитках, приготовленных по магическим рецептам фиванских жрецов. Римский историк Аппиан дает этой встрече такую оценку: «Клеопатра, царица Египта, встретилась с ним и сразу, с первого взгляда, завладела его сердцем. Эта любовь довела до крайних бедствий их обоих, а за ними и весь Египет».

Но до «крайних бедствий» было еще далеко, а пока Клеопатра стремилась обеспечить себе могущественного защитника от соседних стран. Видимо, она еще не перестала мечтать о двойной короне Запада и Востока, которую с ней мог разделить лишь Марк Антоний. Этот союз был выгоден и Антонию, и Клеопатре. Антонию в его борьбе за власть в Риме необходимы были египетские богатства, а для Клеопатры это был еще один шанс стать правительницей Римского государства.

Прославившийся на весь мир роман полководца и царицы, собственно, и послужил источником последующих сплетен. Безусловно, здесь не было благородства и возвышенности, отличавших отношения Клеопатры и Юлия Цезаря. Но царица, прекрасно понимавшая человеческую натуру, не могла не видеть культурного уровня и интересов своего возлюбленного и охотно подыгрывала ему. Историки упоминают и пышные пиры, в которых проводила время царственная чета, и их забавы – вроде прогулок в одежде простолюдинов по ночному городу.

Однажды Антоний сидел у воды с удочкой, клев был никудышный, и он сердился, что его Клеопатра видит, какой он неудачливый рыболов. Тогда Антоний приказал слугам незаметно подплывать под водою и насаживать на крючок рыб. Клев пошел лучше. Царица, конечно, поняла, что ее обманывают. Египтянка разгадала его хитрость, но виду не подала. На следующий день она подготовила хитрость, велев одному из рабов нырнуть и насадить на крючок Антония вяленую рыбку. Антоний вытянул лесу под общий хохот друзей царицы. Клеопатра сказала: «Удочки, император, оставь нам, египетским фараонам. Твой улов – города, цари и материки».

Клеопатра применяла ту же тактику, что и с Цезарем: всегда стремиться к новизне, тонко льстить, удивлять, быть ни на кого не похожей, изобретать события жизни. Египтянка заманила Марка Антония к себе в Александрию как раз тогда, когда море было закрыто для навигации, Антоний просто не мог вернуться в Рим. Тут-то и устроила ему царица «зимние каникулы». Она создала кружок из двенадцати близких друзей – «Общество неподражаемого образа жизни». Эти люди старались сделать каждый день таким, чтобы его никто не мог повторить. Им подавали изысканные яства в огромных количествах. От каждого кушанья пирующие отведывали самую малость и запивали лучшими египетскими и заморскими винами. Молва об этом гастрономическом безумии дошла и до Рима. Между переменами блюд – песни, музыка, знаменитые артисты. Нередко участники этих пиров переодеваются и обходят притоны. «Нильская сирена» Клеопатра, как ее называли римляне, сбила полководца с пути. Каждое утро и на весь день она придумывала наслаждения – настоящий театр удовольствий с ежечасно обновляемым репертуаром. Восемнадцать месяцев Антоний купался в этой жизни. Очарованный, он постепенно забывал свою Октавию и Рим.

Кстати, знаменитый миф о растворенной в уксусе и выпитой жемчужине – более позднего происхождения. По этой легенде, Клеопатра заключила с Антонием пари, что сможет истратить на один ужин огромную сумму. Третейским судьей выбрали некоего римлянина. Ужин, столь же пышный, как и обычно, подходил к концу, но счет еще не доходил до оговоренной суммы. Антоний уже радовался предстоящей победе, но тут царица велела принести кубок с уксусом и бросила в него большую жемчужину (жемчуг растворяется в кислой среде), а затем отпила глоток жидкости, в которой она растворилась. Судья признал ее победительницей.

У Клеопатры родилась двойня – Клеопатра Селена и Александр Гелиос («дочь Луны» и «сын Солнца»). Роман Антония и Клеопатры продолжался почти 14 лет и мог бы иметь счастливое завершение, однако судьба распорядилась иначе. Ослепленный любовью Антоний совершил ряд опрометчивых шагов, раздарив своей египетской супруге и детям большую часть римских владений на Востоке. Октавиан, который уже давно искал повод объявить Египту (и Клеопатре с Антонием) войну, обнародовал в сенате завещание Марка Антония, где римский гражданин и полководец просил похоронить себя в Египте, рядом с царицей, называл своим наследником сына Клеопатры от Юлия Цезаря и признавал за Клеопатрой право не только на Египет, но и на многие другие владения, которыми он ее наделил. Это завещание вызвало эффект разорвавшейся бомбы. Сенат разрешил Октавиану начать военные действия, но, поскольку гражданская война в Риме была непопулярна, войну объявили не непосредственно Марку Антонию, а Клеопатре.