Читаем Драмы полностью

Коновалов (посмотрел на Екатерину Михайловну, нехотя взял трубку). Да. (Вяло). Ну, здорово… Ничего я тебя не искал. (Слушает). А что — в ладушки мне хлопать, что ваша милость до меня снизошла… Да я и не в претензии — привыкший. Много ра души я при полнейшем равнодушии… (Слушает). Замолвил всетаки. (Слушает). Начальником штаба?.. Не имею желания. Лучше опять воздушным извозчиком… Не в амбиции. В чем?.. Сын вместо меня пошел, понятно? А я хочу — вместо сына. В воздух. Только в воздух. (Слушает долго. Вешает трубку).

Общее молчание.

А где пузырек твой, Светлана, все хочу спросить? Тот… Светлана. Выбросила я его, Василий Фролович. Коновалов. Когда?

Светлана (помолчав). После…

Пауза.

Коновалов. Товарищ капитан!

Тюленев. Есть!

Коновалов. Примите от меня самолет.

Тюленев. Есть.

Коновалов (смотрит на часы). Подбросите на своей полуторке в штаб ВВС.

Тюленев. Ясно.

Нарышкин. Эх, Вевеэс, страна чудес… (Шумно вздохнул). Коновалов. Что?

Нарышкин. Так, товарищ майор. (Снова шумно вздохнул). Так.

Коновалов (грустно). Тоже ведь без волшебной бороды твоей — не сладко. (Помолчал). Обещаю, сержант, слышишь? Обещаю — вместе над Ленинградом летать будем. И — западнее… Вот прилетишь с капитаном…

Екатерина Михайловна вдруг зарыдала, прижалась к Коновалову.

Катя…

Екатерина Михайловна. Пройдет. (Плачет). Пройдет.

Коновалов. Вот, слезы… Знаешь ведь… ну-у, не выдерживаю.

Екатерина Михайловна. Знаю. (Плачет). Все про тебя знаю.

Входит Троян, за ним — Маруся Голубь. Голова Трояна плотно забинтована. На нем плащ-палатка, кирзовые сапоги, забрызганные грязью. С плащ-палатки стекает вода.

Троян. Здравствуйте все! (Коновалову). Фитиль, понимаешь, хочу коллегам вставить… в одно место. (Садится к столу, берет телефонную трубку). Таки больно, как говорится в одном глупейшем анекдоте. Маруся, блокноты. Те, в противогазе. (Достает записную книжку, листает). А я вашего Илюшку видел.

Коновалов (глухо). Когда?

Троян (делает карандашом отметки в книжке, морщясь от боли). Суббота нынче? Значит, в среду…

Коновалов. А-а…

Троян. Погоди, я тебе доложу подробно. (Делает отметки, отдает трубку Марусе). Маруся, соединяйте.

Маруся (в телефон). Телеграф. Восьмой. От Трояна. Пароль «Тритон». Срочная. (Отдает трубку Трояну). На прием.

Троян (морщясь от боли, берет трубку, положил перед собой блокнот). Добрый вечер, барышня. Начинаем! (Смотрит в блокнот). «Как стало известно радиоперехвата запятая эскадра немецкого флота составе линейного корабля «Тирпиц» тяжелого крейсера «Адмирал Шпеер»… по буквам Шура Петя Евгений Еруслан Роман точка Более двадцати двух кораблей вышли горлу Финского залива точка Задача двоеточие после сдачи Ленинграда ловить Краснознаменный Балтийский флот его бегстве берегам нейтральной Швеции…» (Коновалову). Пуля?! (Диктует). «Напрасный расход горючего гроссадмирал Дениц восклицательный. Корабли Балтфлота слишком заняты тут стен Ленинграда точка День ночь бьют группе армий Север вашего коллеги фон Лееба точка Бьют форты Кронштадта запятая бьют посаженные железнодорожные платформы корабельные пушки запятая поддерживая контратаки дивизий народного ополчения точка. Нет запятая сегодня это не ополчение точка. Народ стал армией точка Этом знамение времени точка». (Коновалову). Вставляю перо, внимание! (Диктует). «Банкет запятая назначенный сегодня германским командованием гостинице Астория запятая из которой между прочим в запятых передаются эти строки запятая придется отложить…» (Трубка падает из рук Трояна). Любочка, вам идет каска. Немножко сдвиньте ее набок… Многоточие… Растрелли… Два эл… Теперь вы упоительны… Глеб Сергеич, здесь дамы, трусить надо корректно…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное
Он придет
Он придет

Именно с этого романа началась серия книг о докторе Алексе Делавэре и лейтенанте Майло Стёрджисе. Джонатан Келлерман – один из самых популярных в мире писателей детективов и триллеров. Свой опыт в области клинической психологии он вложил в более чем 40 романов, каждый из которых становился бестселлером New York Times. Практикующий психотерапевт и профессор клинической педиатрии, он также автор ряда научных статей и трехтомного учебника по психологии. Лауреат многих литературных премий.Лос-Анджелес. Бойня. Убиты известный психолог и его любовница. Улик нет. Подозреваемых нет. Есть только маленькая девочка, живущая по соседству. Возможно, она видела убийц. Но малышка находится в состоянии шока; она сильно напугана и молчит, как немая. Детектив полиции Майло Стёрджис не силен в общении с маленькими детьми – у него гораздо лучше получается колоть разных громил и налетчиков. А рассказ девочки может стать единственной – и решающей – зацепкой… И тогда Майло вспомнил, кто может ему помочь. В городе живет временно отошедший от дел блестящий детский психолог доктор Алекс Делавэр. Круг замкнулся…

Валентин Захарович Азерников , Джонатан Келлерман

Детективы / Драматургия / Зарубежные детективы