Читаем Досье Дрездена полностью

Залп буквально скосил первые ряды нападавших. На какое-то время поле боя заволокло облаками света с мелькавшими в них образами воспоминаний, но их быстро поглотила ночь. Несколько десятков духов полегло, но еще больше их продолжало рваться к дому, и числом они по-прежнему превосходили защитников.

Воины сэра Стюарта отреагировали именно так, как положено настоящим солдатам, какими они когда-то и были. В воздухе блеснули клинки: шпаги, сабли, кинжалы, даже медные кастеты. Волна духов медленно, даже как-то величественно накатила на них. Духов рубили, резали, молотили и уничтожали прочими способами, и все равно их оставалось слишком много.

Я услышал негромкий вопль; казалось, он доносился из соседнего квартала. Подняв взгляд, я увидел, как с полдюжины духов разом навалились на паренька-призрака в мешковато сидевшем мундире. Он успел еще вспороть одного из нападающих штыком, но остальные его окружили. Еще один превратился в радужное облачко — судя по всему, солдатик достал его ножом, но вот один дух коснулся его пальцами, за ним — другие. Пальцы словно прилипали к бедолаге, и не прошло и нескольких секунд, как он превратился в подобие туго спеленутой мумии... ну или пациента ожогового центра, сплошь покрытого толстым слоем грязных бинтов.

Духи прижимались к нему все плотнее, слившись в единую бесформенную массу, а потом, взвизгнув, разлетелись во все стороны. Очертания их при этом сделались четче, ма-териальнее. Позади остался лежать на земле почти прозрачный силуэт незадачливого солдатика; пару секунд он еще дергался, крича от боли, а потом растаял окончательно.

При виде этого жуткого зрелища внутри у меня все сжалось.

— Лопни их пустые глаза, — процедил сквозь зубы сэр Стюарт. — Чтоб их.

— Блин-тарарам, — пробормотал я. — Но почему вы... Вы что, не могли им помешать?

— Лемуры, — коротко ответил он. — Я не могу позволить им прошмыгнуть мимо меня в дом.

Я даже зажмурился.

— Но... порог? Разве он не остановит?

— В самую первую ночь не помог, — буркнул Стю. — До сих пор не знаю почему. Короче, я не могу сойти с крыльца, иначе они прорвутся. А теперь цыц. — Он несколько раз согнул и разогнул пальцы, примеряясь к рукояти топора. — Вот теперь начинается самое интересное.

Пока нападавшие духи связывали защитников дома боем, сэр Стюарт переместился на верхнюю ступеньку крыльца и широко расставил ноги. Там, внизу, на улице неясные фигуры лемуров застыли, словно хищники, изготовившиеся к прыжку.

Их атака оказалась стремительной. Не как бросок льва на лань, даже не как потерявший управление автомобиль. Скорее я сравнил бы их с пулями. Только что лемуры маячили где-то там, на улице, а секунду спустя возникли прямо перед крыльцом, причем самого момента перемещения я даже не заметил. Все, что я успел, — это взвизгнуть и реф-лекторно отшатнуться.

Но сэр Стюарт оказался проворнее.

Лемур, нападавший первым, получил в темечко обухом Стюартова топора и отлетел назад. Практически мгновенно на нас ринулись второй и третий; топор сэра Стюарта описал в воздухе дугу и достал обоих. С жутким воплем они отшатнулись назад, и тут четвертый лемур нанес сэру Стюарту сокрушительный удар в челюсть. Старый солдат пошатнулся и припал на колено. Однако лемур так и не сумел развить успех; Стюарт сорвал с пояса блестящий кинжал и наискось полоснул его по торсу.

Пятый лемур явно колебался, застыв посередине двора. Стюарт взревел как бык и метнул нож. Он не промахнулся: лемур с воем сложился пополам и оседал до тех пор, пока нож не выскользнул из его призрачной плоти на заснеженную землю.

Пять раненых лемуров с воплями бежали от сэра Стюарта. Шестой в нерешительности застыл у кромки тротуара.

— Трус! — прорычал Стюарт. — Не умеешь драться — не стоило и лезть!

С учетом всех обстоятельств я решил, что Стюарт не совсем справедлив по отношению к бедолаге. Вряд ли можно считать трусостью нежелание бросаться очертя голову на того, кто только что замочил нескольких твоих товарищей. Может, этот тип просто оказался сообразительнее других.

Впрочем, выяснить точно мне так и не удалось. В какую-то долю секунды сэр Стюарт пересек газон и нанес удар ногой — правда, нога не задержалась на призрачном лице, а прошла сквозь него на добрых шесть футов. Лемур отпрянул — почти как я несколькими секундами раньше.

А потом его голова отделилась от плеч, капюшона и всего прочего, рассыпавшись разноцветными искрами воспоминаний. Обезглавленное тело безумно задергалось, забилось, даже ухитрилось каким-то непостижимым образом издать отчаянный крик и наконец повалилось на землю; из шеи его бил сноп серо-белого огня.

Защитники дома торжествующе взревели, и волна нападавших духов начала распадаться. Сэр Стюарт взмахнул топором и почти без усилий снес голову еще одному духу.

И тут за спиной у сэра Стюарта возникла словно ниоткуда еще одна фигура, на вид почти не уступавшая ему в материальности. Из-под серого капюшона полыхали белозеленым огнем два глаза. Фигура подняла когтистую руку и выпустила в спину сэра Стюарта огненную струю.