Читаем Досье Дрездена полностью

Мгновение я таращил на них глаза, пытаясь понять, что же такое я вижу. За оградой на проезжей части толпилась сотня, если не две духов вроде того, которого совсем недавно убрал сэр Стюарт. Все они казались какими-то дряблыми, пустотелыми, словно несдувшиеся воздушные шарики — мрачные, устрашающие человекообразные фигуры с неестественно темными провалами на месте глаз и ртов. Странное дело, вместо того чтобы нападать, они просто стояли ровными рядами, чуть наклонясь вперед, в нашу сторону, и жадно протягивая к дому руки-плети с заменявшими им пальцы бесформенными побегами. Впрочем, я ошибся, назвав их безмолвными: из зияющих ртов вырывались едва слышные, но полные боли стоны, и это медленно, но верно повышало повисшее в воздухе напряжение.

— А скажи мне, чародей, — обратился ко мне сэр Стюарт, — что ты видишь?

— Чертову прорву духов, — едва слышно выдохнул я. — Которых я не знаю, как одолеть. — Надо сказать, по части смертоносного, целеустремленного вида они заметно уступали сэру Стюарту и его воинству, зато их было до ужаса много. — Что-то их здорово подстегнуло.

— А-а... — протянул он и, оглянувшись, сощурился. — Я-то думал, ваша братия отличается ясным взглядом...

Нахмурившись, я посмотрел на маленькое море духов еще раз. При этом я старался сосредоточить зрение, исполь_Зуя для этого весь опыт долгих часов упражнений, — и тут вдруг увидел... Какие-то темные фигуры скользили вдоль рядов духов, хоронясь у тех за спинами. Они могли бы сойти за людей в темных одеждах, когда бы не та неестественная легкость, с которой они перемещались. Мне почему-то пришли на ум акулы, почуявшие в воде запах крови.

— Четверо... нет, пятеро... шестеро, — прошептал я. — В задних рядах.

— Вот так-то уже лучше, — одобрительно кивнул сэр Стюарт. — Вот наш настоящий враг, парень. Эти бедные духи всего лишь их псы.

Давненько я не ощущал себя таким неучем.

— Э... А кто они такие?

— Лемуры. — Он произнес это слово на латинский манер: «лэ-мууры». — Твари, что отвернулись от Провидения и всецело предались злу. Им неведома жалость, они не знают ни рамок, ни...

— Страха? — предположил я. — Откуда им вообще знать страх?

Сэр Стюарт еще раз оглянулся через плечо и выразительно похлопал по рукояти своего топора.

— Нет, парень. Может, они и были когда невинны. Но стоило им попробовать наложить свои лапищи на этот дом, и они много чему научились. — Он снова повернулся лицом к неприятелю и скомандовал: — По местам!

Призраки, ожидавшие у нас за спиной, устремились вперед и, рассыпавшись цепью, заняли перед домом оборонительную позицию. Я даже вздрогнул: многие из них не потрудились обогнуть нас, а прошли прямо насквозь. Не прошло и секунды, как между домом и собравшимися духами выстроилась полукругом цепочка защитников. Они стояли, широко расставив ноги (у некоторых, казалось, ноги даже ушли по щиколотку в землю), с оружием на изготовку.

Напряжение продолжало нарастать, а исполненные боли вздохи духов сделались громче.

— Гм... — пробормотал я. — А что делать мне?

— Ничего, — не оборачиваясь, бросил сэр Стюарт. — Просто держитесь поближе ко мне и не подворачивайтесь под руку.

— Но...

— Знаю, знаю, парень, ты умел драться, — буркнул сэр Стюарт. — Но теперь ты все равно что дитя малое. У тебя нет ни знаний, ни средств защитить себя.

Он оглянулся, смерил меня свирепым взглядом, и невидимая сила буквально отшвырнула меня назад, на крыльцо. Вот черт. Может, Стюарт и не обладал магическими познаниями, но и мне еще предстояло многому научиться в этом потустороннем мире — в частности, тому, как воля преобразуется в энергию.

— Заткнись, — посоветовал мне старый солдат. — И не отставай от меня.

Я послушно замолчал, и сэр Стюарт снова повернулся лицом к врагу. Когда бы не вмешательство сэра Стюарта, я бы уже погиб еще раз.

Да, вы не ослышались. Погиб бы. Еще раз.

И ничего смешного. Право же, дела обстоят совсем уж хреново, если вам приходится использовать фразы вроде этой.

Примерно полсекунды я позволил себе потешиться мыслью о том, что Вселенная, похоже, снова решила врезать мне как можно побольнее, только на этот раз страдала в первую очередь моя гордость. Как-то я привык к тому, что обыкновенно я — тот, кто размахивает мечом и к кому обращаются за защитой. И страх сам по себе подпитывал мою боевую энергию. Но теперь...

Вот что пугало меня по-настоящему в этом чужом мире: я был беспомощен.

Воздух вдруг наполнился пронзительным визгом, и толпа духов ринулась на нас.

— А ну задайте им, ребята! — взревел сэр Стюарт, перекрывая какофонию воплей. Голос его звучал громко и ясно, как сигнал боевой трубы.

Грянул залп призрачного огня. Из стволов защитников дома снова вырвался не пороховой дым, а облачка разноцветного тумана и светящиеся шары воспоминаний. Вместо взрывающихся зарядов и хлопков проходящих звуковой барьер пуль воздух заполнило низкое гудение, эхо от которого не смолкало еще долго после того, как стрельба прекратилась.