Читаем Дорожник полностью

Он постоянно шутил, причем с каждым годом понимать его шутки становилось все сложнее. Он мог бросить фразу, и это была отсылка к Перумову, недавним политическим событием и сборнику рассказов Сорокина одновременно. А через минуту ржать, как дегенерат, над мужиком с шарфиком «Динамо». Харизма была его основной валютой. Он никогда не вкладывался ни рублем, ни работой, но его звали на все вписки. Его просто любили.

И он был главным триггером любого дестроя.


Дестрой.


Дестрой – это… Я не знаю, как это объяснить. Тогда мне казалось, что это локальный экстремум контркультуры, существующей в условиях постоянного социального и парадигмального давления. А сейчас я думаю, что это было просто затянувшееся подростковое г..но.

Когда эти ребята приезжали на вписку, наступал момент, когда градус кутежа переваливал критическую отметку, и тогда они начинали громить все подряд. Просто, без какого-либо смысла, цели или тем более плана. Разносили все, что видели. Как, мать его, Курт Кобейн, только без музыкального гения. Я трижды присутствовал при дестрое, и каждый раз это вызывало странные эмоции. Конечно, я не участвовал в разрушение чужой собственности, но сейчас понимаю, что бездействие – это тоже степень участия.

Многие заведения и дома отдыха уже знали моих друзей и не пускали к себе, где-то даже висели их фотографии. Собственно говоря, поэтому в тот раз мы выбрали «Дорожник» –к западу от города их слава еще не дошла.

Дестрой никогда не был обязательным элементом программы, но в этот раз он был очень вероятен. Кома был с нами.


Юля из Москвы.


За все пять лет студенческой жизни я так и не научился общаться с девушками. В институте весь мой круг общения составляли три еще таких же парня, которые приехали из других городов. Я был тем самым ботаником-заучкой, который понятия не имеет, как вести себя с другими людьми. А девушки казались кем-то с другой планеты.

Поэтому, когда началось обсуждение, каких девушек брать с собой, я стоял в стороне и слушал, как ребенок на взрослых посиделках

– 

Вау! Будут девушки…

Я понимал, что, скорее всего, мне ничего не перепадет, но сама атмосфера уже подкручивала внутренний эквалайзер на романтический лад.


Это были утренние сборы, мы распределили обязанности и разошлись по своим делам. От меня ничего не требовалось, поэтому я встретился с братом – просто посидеть на солнышке между Пиццей Ник и Макдоналдсом.


Через какое-то время, в самый зенит Чебоксарского летнего дня, к нам подошла невысокая симпатичная девушка со светлыми волосами и голубыми глазами.

– Извините, ребята, вы местные?

Поскольку ко мне никогда не подходили девушки, тем более симпатичные, я сразу понял, что это какой-то развод, поэтому сосерьезился:

– Да, местные, а что?

– О, здорово! Не подскажете, где здесь можно прогуляться? Я приехала из Москвы к бабушке, давно здесь не была.

Где прогуляться?? Серьезно?! Вот же, блин, за твоей спиной самая известная набережная России! Что за прикол?

– Да, девушка, вот там, за Макдоналдсом, начинается красивая набережная с фонтаном. Кроме этого в городе, в принципе, посмотреть нечего.

– Спасибо! Меня, кстати, зовут Юля. А вас?

Мы представились. Она поспрашивала еще о городе и о нас. Рассказала, где учится и какие у нее отношения с бабушкой. Обычная непринужденная беседа. В конце она дала свой номер телефона:

– Я буду здесь несколько дней. Если захотите погулять, позвоните мне.

И ушла.


– Блин, что делать? – спросил я брата, когда Юля пропала из виду

– Да ничего, позвони ей как-нибудь. Походу, она на тебя запала.

– Думаешь?

– Ну она с тобой в основном общалась. Позвони ей, погуляете.

– Тебе не показалось, что она странная?

– Бабы все странные.

Ну может быть. С другой стороны, я тут на отдыхе, и голову себе морочить не позволю. Я перестал смотреть на ее номер, убрал телефон в карман и решил пока не думать о ней.


Через пару часов у нас с пацанами был контрольный сбор перед поездкой, и по пункту «телки» нарисовался грустный «незачет». Оба основных поставщика женского внимания констатировали, что все (три) кандидатуры уже где-то отдыхают. Парни расстроились. Я не понимал, насколько этот результат отходил от нормы, и просто расстроился за компанию. С другой стороны, теперь у меня было, чем похвастать на сходке:

– Ребята, я сегодня познакомился с девушкой…

– ООООО! – они перебили меня, но не тем возгласом, типа «ты-то как смог?», а другим: типа: «о, все-таки девушки будут» – и стали уговаривать меня позвонить ей, чтобы пригласить в «Дорожник».

Я не знал порядков, но по их комментариям понял, что если я приведу девушку – у меня будет что-то вроде приоритета. А, учитывая, что у меня еще никогда не было опыта с противоположным полом, ребята не будут сразу меня подрезать. Звучало заманчиво, и я решил позвонить:

– Алло, привет, это… Саша… ну, типа, мы познакомились, вроде сегодня, там, на… ну у Мака, типа…

– А, да, я помню. Как ты?

– Да нормально вроде… Ты говорила, что, вроде, ты, типа, тут к бабушке приехала, так вот, если скучно, я могу


Перейти на страницу:

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее