Читаем Donald E Westlake полностью

Хосе Большому и Хосе Маленькому, как и большинству новых охранников жилого комплекса «Императум» на пересечении Пятой Авеню и Шестьдесят Восьмой улицы, досталась вся тяжелая работа. Им приходилось таскать сумки с продуктами миссис Виндбом от входа и до ее квартиры, потому что она боялась будто носильщики из магазина ее изнасилуют. Именно они периодически лезли на крышу, чтобы проверить электро-пугало для голубей. Также, им выпала честь выносить всякие опасные отходы из кабинетов двух врачей с отдельными входами на Шестьдесят Восьмую улицу. Еще они раз в неделю проверяли на обоих лестницах мистические пропажи лампочек. Ну, и дважды в месяц осматривали пентхаус А.

Понедельник, 16 августа, 10 утра. Хосе Большой записывает в журнале «Проверка П-А» и вместе с Хосе Маленьким они едут наверх в лифте. Лифтер в форме, серб по имени Марко, свои улыбочки и веселые разговорчики припасал для жильцов, так что всю дорогу до пентхауса, оба Хосе врали друг другу по-испански о своих сексуальных подвигах в течение выходных. Они буквально не замечали Марко, а он, в свою очередь, так же молча игнорировал их.

Пентхаус А все так же был пуст и свободен. Его владелец, какой-то парень по фамилии Феавезер, был где-то заграницей, причем так давно, что ни один из Хосе не видал его после приема на работу. Представьте себе, парень такой богатый, что может позволить себе иметь пентхаус в крутом здании на Пятой авеню на Манхэттене и даже не жить в нем! И не сдавать его в аренду. Даже какого-нибудь кузена не оставив для присмотра!

Учитывая, что пентхаус А был единственной квартирой на последнем этаже, то лифт прибывал не в общий коридор, а в небольшую прихожую с мраморным полом, стульями в стиле ампир, столиками на крученых ножках и с шедеврами кисти Пикассо на всех четырех стенах. Раздвижные двери, которые Хосе всегда держали открытыми, вели в гостиную, где огромные окна с правой стороны открывали чудесный вид на Менхэтен и парк с высоты

птичьего полета.

Все здесь - от персидских ковров до шикарной старинной мебели и мраморных статуй на пьедесталах; от старинных шедевров в тяжелых темных рамах до тщательно продуманного лепного декора на потолке – просто кричало о деньгах, роскоши и комфорте. И Большой Хосе любил время от времени, в тихие моменты на работе, поваляться на восьмифутовом золотом диванчике, а Маленький Хосе его будил, если вдруг возникали проблемы.

В любом случае, обход это не время для отдыха на диване. Следующие два часа они занимались тем, что проделывали дважды в месяц - проверяли квартиру: пустой работающий холодильник, где только в морозилке дожидался хозяина лед; бачки и сливы в каждой из четырех ванных комнат; окна в каждой комнате; обе сигнализации - одна простенькая камера над лифтом и более сложная, с детектором движения у входа с северной стороны, двери которого вели в спальни с видом на юг - и обе работали исправно; камины в гостиной и хозяйской спальне на предмет мусора или проскочивших грызунов, закрыты ли в них плотно заслонки. К тому же они всегда проверяли автоответчик, который отвечал на звонки, но сообщения не сохранял.

В квартире было два бара - один в гостиной и один дальше, возле кухни, больше похожий на бар в отеле со всем подобным инвентарем. Крепкие напитки в них присутствовали в ассортименте, а вот вина или коктейлей не было. Однако оба Хосе прекрасно понимали, что пользоваться всем этим богатством нельзя. Слишком хорошей, легкой и спокойной была эта работа, чтобы так рисковать.

Не спеша они обошли апартаменты, которые теперь знали лучше самого хозяина. В спальне осталось полно одежды: дюжина дорогих костюмов синих или серых цветов, полки, набитые рубашками, свитерами и галстуками. Как-то примерив некоторые из симпатичных костюмчиков, Хосе пришли к выводу, что Феавезер ниже Большого Хосе, но выше Маленького, зато толще их обоих. И еще, что у него нет обычной одежды. Если этот парень и играл в гольф, то он это делал или в деловом костюме или все положенные для этой игры шмотки прихватил с собой. Остальные спальни были гостевыми, и хозяин угодил бы своим гостям по полной, будь у него оные. Упакованные зубные щетки, белые махровые полотенца, тапочки. Все постели застелены двойными простынями – верхнюю, уборщики обязаны менять два раза в месяц.

В самом дальнем конце этой громадной квартиры, за кухней и рядом с баром, находился другой выход, которым никогда не пользовались. По крайней мере, без ведома Феавезера. Это была обычная дверь, похожая на дверь в чулан, разве что на уровне глаз - глаз Большого Хосе, если быть точным - было врезано прямоугольное окошко. Посветив туда однажды фонариком, он увидел только серые, вроде металлические стены и, висящие посередине этого маленького квадратного помещения, толстые кабели. Только минуту спустя до него дошло, что он смотрит в шахту лифта. Вывернув фонарик вверх, он лучом выхватил большое металлическое колесо с намотанным на него кабелем.