Читаем Дом астролога полностью

Достав из-под рубашки цепочку, на которой рядом с медальоном в форме сердца надежно закреплен ключ, я снимаю ее через голову, отпираю засов и поднимаюсь по винтовой лестнице. Поскольку лестничный колодец такой узкий, как в шахте или на маяке, спираль – это единственный компромисс между лифтом (слишком шумный) и простой лестницей (слишком узкая). Добравшись до верха, я жду, пока мои глаза не привыкнут к темноте. На цыпочках прохожу через маленькую спальню и гостиную к двери между кухней и ванной.

Открыв незапертую дверь, я поднимаюсь еще по одной лестнице в башенку с восточной стороны дома и закрываю за собой дверь, металлическая рама скрипит. В прошлый раз я обещала себе, что прихвачу WD-40 для смазки, но забыла. Я замираю и жду, надеясь, что никто из гостей, которые могут выйти на балконы своих номеров, меня не услышит. Это довольно далеко.

Пользуясь моментом, я вдыхаю соленый воздух. Наслаждаюсь легким сернистым запахом болота, который сопровождает прилив при луне. Лужайка за домом и причал купаются в лунном сиянии. Я перекидываю одну ногу через толстые деревянные перила башенки, затем осторожно, чтобы не посадить занозы, – другую. Сидя на перилах, я болтаю ногами над выступом внизу. И жду, желая убедиться, что никого не разбудила своими действиями. Потом прыгаю на выступ, опоясывающий башенку. У меня нет страховочной веревки, и я нахожусь достаточно высоко, отчего у меня слегка кружится голова, но я иду, заложив руки за спину. Удерживая равновесие, я делаю шаг на черепицу крутой остроконечной крыши, иду по ней примерно до середины. Лезу наверх, сажусь верхом на конек и достаю из кармана телефон. Спустя три часа Эрик все еще не отвечает. Он не хочет меня видеть, и я не виню его.

Я родилась невезучей. Нет, не типа «мне на голову упал кирпич, когда я шла мимо своей любимой кофейни». И не типа «в меня ударила молния». Ничего такого, что могло бы стать вирусным в социальных сетях. Моя жизнь по большей части была невезучей, как в песне «Ironic» Аланис Мориссетт. Черные мухи и мириады ложек. С постоянной угрозой смерти.

Мой отец ушел из семьи, когда мне было семь лет. Год спустя моя мать потащила меня и Энди с собой в Питтсбург к даме-экстрасенсу. Та сказала, что мама встретит и полюбит богатого черноволосого мужчину, который спасет нас и поселит в безопасности в городской башне. Мама не могла скрыть своей радости. Ясновидящая пообещала три вещи, о которых она всегда мечтала, но которых у нее никогда не было: настоящую любовь, богатство и роскошный дом. Мама была так счастлива, что дала ясновидящей щедрые чаевые.

В конце сеанса та вполголоса добавила, что, возможно, маме стоит проводить побольше времени с малышкой – она кивнула в сторону меня, сидевшей рядом со старшей сестрой, – потому что я умру ребенком. Улыбка на лице матери на долю секунды погасла, но мать тут же забрала чаевые и вновь засияла.

Я, наверное, думала, что болтовня экстрасенса – это глупая сказка, пока мама не встретила и не вышла замуж за обещанного черноволосого богача, который увез нас на Манхэттен. Они развелись пять лет спустя, и мы – мама, моя сестра и я – оказались в двухкомнатной квартире в Куинсе. Экстрасенс не говорила о том, что счастье продлится вечно.

Мозг восьмилетнего ребенка не может по-настоящему осознать мысль о смерти. Он знает только, что его жизнь под угрозой. В результате я все время была начеку. И поскольку не знала, какая именно опасность меня подстерегает, стала бояться всего на свете. Именно так я и двигалась по жизни – в страхе.

Когда отчим ушел от нас, мать обратилась за советом к астрологу. В отличие от ясновидящей, которая раскачивалась из стороны в сторону, слегка прикрыв глаза, эта дама была спокойна. Она сидела перед стопками книг, напечатанных на языках, которые я не могла прочесть, и изучала огромный лист бумаги – «гороскоп вашей мамы», как сказала она. Астролог проводила пальцем линии и указывала на символы планет, которые мы изучали на уроке естествознания. Она рассказала моей матери много истинного о ней и ее будущем, но в тот день произошло нечто более удивительное. Мой страх испарился.

Астрология была постигаема, в отличие от предсказаний экстрасенсов, сделанных из воздуха. Изучая ее принципы, я поняла, что мои проблемы порождены расположением планет в определенных домах моей натальной карты. Препятствия можно было объяснить, обратив внимание на углы, под которыми эти планеты расположены друг к другу: оппозиции, треугольники и квадраты. И только дата моей смерти все никак не отыскивалась.