Читаем Дом астролога полностью

Люди думают, что нездоровую психику можно получить, только если в детстве с тобой происходили какие-то ужасные вещи. Но я уверена: подобного результата можно достичь и когда ты проводишь детство в комфорте, имея отца – страхового брокера и мать – медсестру, неплохо зарабатывающих, не перегруженных работой и не имеющих проблем со злоупотреблением наркотиками.

Все, что нужно, – это чтобы мать была критичная, холодная и требовательная (по иронии судьбы, именно эти качества сделали ее отличным медицинским работником), а отец, напротив, – неожиданно и спонтанно теплый и любящий. Меня душили и игнорировали. Хвалили без причины, критиковали без повода.

А любовь Адама была измерима. Он утешал меня, когда я болела. Выходил из комнаты, когда я без причины срывалась на него. Я могла контролировать его любовь. Вернее, я, конечно, не контролировала ни Адама, ни его действия, но в том, что происходило между нами, была логика, которую я понимала. И когда я любила его так, как ему было нужно, между нами была сильная, динамичная связь. А теперь, когда я не люблю его так, как ему нужно, он готов бросить меня. Я говорила, что не переживу его отстраненности. А теперь уверена, что и не почувствую этого.

– Это очень важные бумажки. Значит, Адам все еще любит меня и хочет, как и я, чтобы наш брак продлился как можно дольше, – говорю я Фарах.

Не только я перестала дарить ту интенсивную, динамичную любовь. Адам тоже перестал. Он стал практичным, и романтика развеялась, будто дым. Подумать только, совсем недавно я злорадствовала, выслушивая на наших посиделках с вином жалующихся мамаш, поскольку полагала, что обладаю секретом крепкого брака после рождения детей.

Адам – отличный отец, так как хорошо выполняет мои указания. По меркам предыдущих поколений, он суперзвезда. Водит девочек на балет и футбол. Но ни в чем не берет на себя инициативу. Я не переживаю из-за этого, поскольку хочу быть хозяйкой дома. И когда я заканчиваю тяжелую дневную работу, он встречает меня самым важным вопросом: красное вино или шоколадное мороженое? Приносит мне выбранное и плед и спрашивает, что я хочу посмотреть, пока буду отдыхать. Он заботится обо мне лучше всех.

Давненько ничего такого не случалось. Сколько уже? Месяцы? Год? Когда заботишься о маленьких детях, время идет так быстро и так медленно одновременно. Но сколько бы его ни прошло, я не готова потерять Адама. Не из-за его карьеры, ни из-за чего-то еще, что может разделить нас. Мы счастливая семья и собираемся оставаться таковой. Несмотря ни на что.

– Значит, все хорошо? – спрашивает Фарах.

– Пока нет, но все еще может быть, – отвечаю я.

Фарах спускается в гостиную, а я засовываю бумаги Адама обратно в его портфель. Замечаю, что мои брюки и рубашка так и валяются на полу, там, где я сняла их перед душем. Это наталкивает меня на идею для поста. Эта одежда не подходит, но у меня есть идеальный кружевной черный бюстгальтер и трусики. Я роюсь в своем чемодане и раскладываю их на мягком кремовом ковре. Делаю снимок и печатаю:

Я солгала Фарах и Эйми, когда сказала, что в башенки нет доступа. Ну, наполовину. Для гостей доступа нет. Но не для меня. Чтобы подняться, нужно спуститься. Сегодня вечером, после того как закончатся сеансы, сотрудники ресторана «У Клаудио» уберут еду и напитки и погаснет свет, настанет мое время.

Стараясь держаться в тени, я пробираюсь от своего коттеджа к главному дому. Тихо открываю хорошо смазанные металлические двери, ведущие в подсобное помещение. Прохожу мимо водонагревателя, масляного бака и панелей автоматических выключателей. В дальнем углу есть дверь. Простая пустотелая дверь из ДВП, на ней нет замка. Если бы вы захотели выбить ее, плита легко поддалась бы, обнажив ячеистый пластик, удерживающий ее в вертикальном положении. За дверью начинается узкий сырой и темный коридор. В трех футах от входа в него находится еще одна дверь. Очень прочная. Вы можете почувствовать ее тяжесть, просто прикоснувшись. Вы задаетесь вопросом, не металлическая ли она? И вы наполовину правы. Дверная рама изготовлена из цельного дерева и внутри укреплена металлическими прутьями. Если вы попытаетесь выбить ее, то сломаете ногу.